968
9
0

Всем спасибо, все свободны


Почему Геннадий Зверев решил отказаться от участия в конкурсе на главу городского округа


 

Геннадий Зверев

В Первоуральске собственного жилья у Геннадий Зверева нет — он снимает квартиру в центре, недалеко от площади. Оттуда и решили прогуляться по городу.

На днях уже официально Геннадий Николаевич отказался от участия в конкурсе на главу городского округа. После этого «покупать билеты» в первые ряды, чтобы понаблюдать за конкурентной борьбой за кресло главы, бессмысленно.

— Геннадий Николаевич, почему вы так, я бы сказала, бессовестно, лишили нас возможности понаблюдать за борьбой? Сейчас остались два кандидата, рекомендации членов комиссии озвучены. Скучно…

— А вам бы все веселиться! Давай не с этого начнем?

— А с чего?

— С благодарности. В Первоуральске я получил любопытный опыт — участие в выборах. Интересно, нервно, рука на пульсе интересов жителей. Я знаю, что многие меня поддерживали, слышал добрые слова от тех, кто изначально на собраниях хотел меня порвать, как тузик грелку. Поэтому я хочу сказать «спасибо»: единомышленникам — за работу, проголосовавшим «за» — за доверие, проголосовавшим «против» — за участие, конкурентам — за развитие. Я не буду комментировать все эти «штучки политтехнологов» с заказными материалами и прочим — это тоже была часть борьбы, бесценный опыт. Мне бы хотелось, чтобы те тезисы, которые я озвучивал в предвыборной кампании, не были потеряны, а использовались для развития городского округа.

— Ваша программа как депутата и программа, как претендента на пост главы, совпадают?

— Да, тезисы одинаковые. Чистая вода, вернее, способы достичь того, чтобы она в Первоуральске, наконец-то, появилась, благоустройство. Это моя сфера, я в ней профессионал.

Мы спускаемся по лесенке из подъезда дома 25 по пр. Ильича. Ступеньки — провалились и частично разрушились. Управляющая организация — ЕРЦ. Спотыкаюсь.

— Осторожнее. Это наглядный пример того, что «коммунальный рай» за 10 рублей невозможен.

— Это что за расценки попадания в рай?

— Я не буду называть имен и показывать пальцем на тех, кто на выборах делал абсолютно популистические заявления и говорил, что тариф на содержание и ремонт жилищного фонда нужно сделать 10 рублей. Простая экономика. По 10 рублей с квадратного метра. Возьмем по среднему: с квартиры 600 рублей (средняя площадь — 60 квадратных метров). В доме — 48 квартир с учетом нежилых помещений. Получается цифра около 30 000. Что мы можем сделать? Должен быть дворник, который метет тротуары. МРОТ — 10 тысяч с копейками. Должен быть сантехник. Всем, допустим, платим минималку. Еще 10 тысяч с копейками. Плюс человек, который моет подъезды. Ему тоже надо заплатить. Мы с тремя минимальными штатными единицами уже «съели» бюджет. При этом мы не меняем трубы, не делаем «косметику», не латаем крышу, не следим за швами, не проводим никаких энергосберегающих мероприятий и делаем вид, что кривая лестница — это некий арт-объект.

— В свое время вы были инициатором обращения к главе городского округа с просьбой пересмотреть тариф на содержание и ремонт жилфонда…

— Да, написали письмо. Коллективно подписали все управляющие компании. Знаешь, что удивительно? Даже муниципальная управляющая компания подписала. Потом, правда, нагоняй директор получила, но важно не это. Есть понимание, что при растущих ценах тариф не может быть на прежнем уровне, муниципальная управляшка вообще работает в убыток, но не о ней речь. А том, что повышение обязательно произойдет. Но оно будет резким. И вот тогда это ударит по карманам жителей очень ощутимо.

Мы проходим через двор. Красиво: качели, карусель, лавочки. Но это центр. В центре в Первоуральске всё красиво, даже фонтан, который светится и «поет».

— Мой избирательный участок находился на улицах Строителей и Вайнера. Немного Данилова. Там люди малыми архитектурными формами не избалованы. Давай-ка вспомним, как мы ходили на встречу с жителями.

Август, 2017:

«Район Вайнера-Строителей. Обычный первоуральский вид, если немного отойти от центра: стандартные «брежневки», во дворах кое-где — одиночные горки и качели. Типичный спальный район.

Геннадий Зверев улыбается:

— Ну а что? Давайте все будем избираться по центральным городским округам. Там и площадки установлены, и фонтан делают, и дороги отремонтировали. Легко — ходи и обещай, что обязуюсь следить за порядком все пять лет. Знаете, я редко волнуюсь перед встречами с жителями, — примерно понимаю, о чем жители будут просить, у меня уже собрано достаточно наказов. Вернее, люди не просят — выходят на встречу с кандидатом и видно: пришли эмоции выплеснуть, не доверяют, «наелись» уже обещаниями. И я их понимаю, если честно.

Во дворе собрались люди. Немного — человек 15. В основном, женщины. Это и не удивительно — социологи давно доказали, что запрос на перемены в обществе делают именно дамы. Мужчины мирно сидят на лавке, щурясь, как бы делая посыл: говори-говори, знаем мы вас, кандидатов.

— Ну что — обещайте! Площадки у нас когда появятся? Спортивные комплексы? Новые тротуары? Фасады, выложенные мраморной плиткой и позолоченные перила в подъездах? — едко, с насмешкой, по-уральски. — Ну а что? Вы ж в думу собрались, наобещаете сейчас, как водится, манны небесной, поставите три урны и два турника, ищи-свищи вас потом, как изберетесь.

— Я вам ничего обещать не буду, — спокойно говорит Геннадий Зверев. — И урны ставить не буду, и спортивные комплексы тоже. У меня на это денег нет.

— Вот как! А зачем нам тогда депутат такой — без денег и без обещаний? — кажется, людям стало даже веселее. Разговор явно пошел в непривычном русле.

— А какой вам нужен? Дяденька с мешком денег за спиной? Давайте-ка поупражняемся в остроумии в другом месте, на своих кухнях, например. Там же и помечтаем — о том, как коммунизм придет в каждый двор, о том, что каждому по потребностям — от каждого по способностям. Мы с вами при капитализме живем — поэтому я пришел к вам не с тремя урнами, а с предложением поработать.

— На вас что ли? — чей-то насмешливый голос с задворок собрания.

— На себя. Давайте я задам простой вопрос: каким вы хотите видеть свой двор?

— Красивым!

— Хорошо. Конкретнее — что вы хотите видеть в своем дворе?

— Лавочки поставить надо! — Какие лавочки? Чтоб на них «алкашня» вечерами собиралась? Поставьте нам детскую площадку, вон там, где отсев лежит! — Умная что ли самая? Это место для парковок приготовили — машины нам где ставить? Стоянки дорогие. — Сам ты самый умный! У тебя разрешение на отсыпку парковки есть? Нет, ты скажи: есть или нет? Не помню, чтобы собрание проводил, подписи собирал, я лично против парковки — и так заставили всё своими драндулетами, с детьми гулять где? — Здрааасьте, приехали — «яжемать» проснулась! — к единому мнению небольшая горстка людей приходить явно не собиралась…

— В Первоуральск пришла программа, если не ошибаюсь, называется «Комфортная городская среда». Схема такая: собираются пожелания жителей, по этим «хотелкам» делается проект, заявка отправляется в администрацию. Далее администрация отправляет заявку в область и ждет «манны небесной»: денежек на реализацию проекта. По моей информации, поступило около пяти заявок. Много это для Первоуральска или мало?

— Мало.

— Я нахожусь в полной уверенности, что такие вопросы на откуп жителям отдавать ни в коем разе нельзя. Нельзя ждать инициативы, она редкий гость в толпе. Единогласие — его никогда не будет. Я привык к кардинальным методам, решительным мерам, меня этому Север научил. В любом дворе, при любом количестве жителей одна и та же история: кому лавочки, кому площадки, кому парковки. А кто знает, например, где во дворе дворе проходит труба «Водоканала», сколько ей лет и когда ее ремонтировать будут? А на каком расстоянии от дома должна находиться парковка, чтобы выхлопные газы в ваши форточки не затягивало?  А сколько стоит сделать площадку парковочную пять на пять метров? Порядка 100 тысяч рублей. Поэтому администрация должна быть инициатором во всех вопросах благоустройства и контроля за порядком, чтобы не профукать программы.

— Администрация — то, администрация — это. Не слишком ли много требуем от структуры, которая по рукам и ногам связана актами местного самоуправления и которая в бюрократии погрязла настолько, что об инициативе остается только мечтать?

— Ты акцентируй внимание на слове «власть». Власть всегда — инициатива. На нее смотрят, к ней прислушиваются. Другой вопрос, как она умеет вести диалог.

— Прошлой зимой собирались так называемые экспертные советы — власть должны была пообщаться с некоммерческим сектором, бизнесом, СМИ, чтобы сделать жизнь лучше. В итоге — разовые совещания, которые превратились в высказывание претензий. И всё.

— Бизнес — мощное подспорье. С ним нужно работать, к нему нужно прислушиваться, потому что на деньги бизнеса можно сделать то, на что не хватает денег бюджетных. Но у нас получается как? Напрягли — скрепя сердце предприниматель расстался с энной суммой денег. Эдакая принудительная социальная ответственность. В Первоуральске получается как: есть крупный бизнес — предприятия. Он диктует условия. А мелкий бизнес — как барахтался, так и барахтается. Кто с ним разговаривает? Кто ему помогает? Крупный бизнес проблемы малого не интересуют. Не справляешься — иди ко мне на завод работать. У нас же моногород. Хотя я Первоуральск моногородом не считаю.

— Какие проблемы вы выделяете в Первоуральске?

— Основная — это вода. В сутки Первоуральску нужно 50 тысяч кубометров воды (с учетом сверхнормативных потерь). В этом году «Водоканал», с подачи администрации Первоуральска, отказался от ревдинской воды: основная мотивировка — высокий тариф. То, что мы получаем из Верхнее-Шайтанского водохранилища, а это ни много, ни мало — порядка 20-25 тысяч кубометров в сутки, — под норматив питьевой воды не подходит. Проблема — в насосно-фильтровальной станции, которая ежесуточно способна обеспечить очистку лишь 8000 кубометров воды. О проблеме знают все. Первоуральск  должен рассмотреть возможность увеличения объема подачи воды из Нижнесергинского водозаборного узла до 30-35 тыс.м3/сут.  Соответственно, необходимо вкладывать деньги в реконструкцию водоводов. Параллельно заниматься реконструкцией насосно-фильтровальной станции Верхне-Шайтанского пруда. Это, конечно, большие затраты, поэтому необходимо вхождение в областные, а возможно и в федеральные программы. Конечно, можно рассмотреть вариант с привлечением инвестиций, но тогда придется изменить форму управления, таковой может стать концессия на основе государственно-частного партнерства.

 

— И водичка станет золотой?

— Мы платим сейчас 20,06 рублей за кубометр, соответственно, при вложении средств в решение проблемы качества воды, стоимость ее повысится. Для сравнения: в Ревде за воду платят 30,35 рублей за кубометр, и никто на качество воды из крана не жалуется. Стоимость воды в Ревде дороже. Да — но это в абсолютной величине. А если посчитать, сколько мы тратим денег на лечение, вызванное некачественной водой? На сегодняшней день, по заявлению директора «Водоканала», проект реконструкции насосно-фильтровальной станции Верхне-Шайтанского пруда прошел экспертизу, и это большой шаг вперед, но вода, к сожалению, от этого чище не стала. На мой взгляд, необходимо проведение технико-экономического анализа принятого решения. Мало обеспечить чистой водой — нужно, чтобы услуга была доступна по стоимости. А себестоимость подачи воды из Нижних Серег, по отчетам за 2013, 2014 и 2015 годы, значительно ниже, чем с Верхнего пруда.

  

— Так будет чистая вода в городе?

— У руля стоят люди грамотные, Валерий Хорев возглавлял «Водоканал», должен понимать, как это работает. Понимает и то, какие шаги надо предпринимать. Другой вопрос — поддержка области.

— Вы так говорите, как будто назначение Хорева — дело решенное.

— Давай вернемся к началу разговора. Я снял свою кандидатуру с конкурса, потому что не вижу смысла участвовать там, где решение заведомо известно. Это неинтересная и бессмысленная затея. Что успел в этом городе сделать — сделал. Решали проблему двойных квитанций, дороги, чистая вода, замена лифтов в многоэтажках. Работы еще много. Но у меня новый этап, я уезжаю из Первоуральска, есть хорошие предложения. Хотя, чем черт шутит — может и встретимся с тобой еще и в Первоуральске.


 

Фото Екатерины Демышевой