528
5
0

Своим ходом добирались — своими силами и живите дальше


Беженка из Украины четыре года выбивает школьный аттестат


 Юлия Рустямова-Кулешова

Юлия Рустямова-Кулешова и ее семья приехали в Первоуральск в 2014 году. Правильнее сказать – бежали. Сломя голову. От войны, падающих снарядов и автоматных очередей. Жили в Луганской области, где до сих пор идут военные действия. Бежали летом, налегке, собрали буквально за час немудреные пожитки — немного вещей, деньги и документы.

— Пока это было в Киеве, мы надеялись, что к нам не дойдет. Жили спокойно, но, когда все началось у нас, мины взрывались около дома, оставаться не было возможности. Мама жила в поселке, я в городе, училась. Она позвонила, сказала, что у меня только час на сборы. Мы выбирались больше недели. Мы вызвали такси, единственный водитель согласился вывезти нас оттуда. На каждом повороте, на каждом посту нас останавливали. Проверяли постоянно. Доехали до границы. В Белгород приехали. Там, конечно, мы могли уехать по линии МЧС. Нас даже как-то расселили. Но сроков не ставили. Сказали, что в Первоуральск будет самолет, но когда наберется — неизвестно. Через неделю, через месяц. А деньги таяли. Жить было не на что. И мы стали выбираться сами. Было очень страшно. Сейчас нашего дома нет, в него попал снаряд и уничтожил.


Училище, в котором училась Юлия

Это сегодня Юлия может относительно спокойно рассказывать о пережитых ужасах. За четыре года эмоции и переживания поутихли, слезы высохли, почти ущла ностальгия. А школьный аттестат так и не пришел. Им девушка расплатилась за спешную эвакуацию с родины.

—Мы приехали сюда и получили гражданство. На тот момент у меня был украинский паспорт и свидетельство о рождении. Я доучивалась на повара-кондитера. Занятия резко прекратились. Мне не хватило всего недели, чтобы получить диплом о средне-специальном образовании. Школьный аттестат тоже остался там. Возвращаться за ним было опасно.

Возвращаться опасно, восстановить — невозможно. По крайней мере, за четыре года попыток у Юлии так и не получилось доказать, что она закончила девять классов и почти стала поваром-кондитером. «Почти» — это преграда всем ее попыткам трудоустроиться или продолжить образование.

— Расселение и льготы предлагали тем, кто выбирался по линии МЧС. А мы – самостоятельно. Так как у мамы здесь сестра родная. «Сами добирались — своим силами и живите дальше», сказали нам. В администрацию обращались, в УФМС. Нам говорят — подавайте запрос на Украину в Минобразования. Подавали, запросы возвращались или пропадали. А без этого мы никому не нужны. Недавно попыталась встать в Центр занятости, даже не из-за пособия, а чтобы какие-то курсы пройти, опять услышала отказ по той же причине.

Несмотря на все отказы, Юлии удавалось перебиваться. Хваталась за любую работу, устраивалась работать в совхоз, была официанткой, сейчас – помощник флориста. Родным повезло больше. После того, как местные родственники помогли вещами, деньгами, работой, они через год смогли снять жилье. Позже уехали в Новороссийск — младшей сестре резко не подошел местный климат. Юлия вышла замуж. Теперь она практически на полном обеспечении мужа. Недавно устроилась помощником флориста.

— Работаю только на честном слове. Кто поверит — тот возьмет. Хватаюсь за все. А так мечтаю выучиться на психолога. Мне нравится и праздники организовывать, идеи могу разрабатывать. Хочется себя реализовать, а не могу в полной мере. Везде нужен аттестат.

 

На Урале Юлия прижилась. Говорит, если, вдруг, приедет на родину, будет чувствовать себя чужой. Поначалу тянуло сильно, уезжала со слезами. Там оставались друзья, там живет родной отец и бабушка. Здесь уже своя молодая семья. Новые друзья и в целом дружелюбный город. Нет дружбы только с местными властями и структурами, которые лишь разводят руками – «Вот будет на руках бумажка, тогда и приходите».

Если вы знаете, как можно помочь Юлии, свяжитесь с нашей редакцией — тел.66-33-88


 

Фото Дмитрия Рудика