1779
1
0

Про «карманную» думу, битву бюджетов и небывалую явку


По итогам избирательной кампании в городскую Думу — «Эхолот» с Вениамином Помазкиным


 Как подвести итоги избирательной кампании — задумались мы после того, как 11 сентября стали известны результаты выборов. Собрать пресс-конференцию с руководителями всех выборных штабов? Интересно, но маловероятно и труднореализуемо — часть политтехнологов откажется из-за разных политических взглядов, часть не захотят афишировать проигрыш. Вениамин Помазкин — член первоуральской ТИК с правом совещательного голоса, пресс-секретарь регионального отделения «Справедливой России» был наблюдателем на выборах в Первоуральске. И успел сложить свое мнение об истекшей кампании, сравнив с опытом других городов.


 

Действующие лица: 

В.П. – Вениамин Помазки, член первоуральской ТИК с правом совещательного голоса, пресс-секретарь регионального отделения «Справедливой России», С.К. – Светлана Колесникова, главный редактор интернет-газеты SHAYTANKA.RU, А.П. – Александра Поддубная, редактор службы новостей телеканала «Интерра-ТВ»

 

Вениамин Помазкин

Про «карманную» думу

А.П.: На прошлой неделе прошли и губернаторские выборы, и выборы в местную думу. В частности, на последних представители партии «Единая Россия» получили большинство мандатов в Думе — 21 из 25-ти. Большая часть — работники Новотрубного завода, либо люди, связанные с предприятием.

В.П: Думаю, многие градообразующие предприятия взяли на себя задачу повторить успех УГМК в Реже. Там на выборах представители УГМК взяли 100%. То есть, полностью подконтрольная дума без всяких неожиданностей. Я так понимаю, у вас хотели добиться того же. Люди меряются технологиями, бюджетами и так далее.

С.К.:Для чего нужна «карманная» дума? Что это дает градообразующему предприятию?

В. П.: Это глупость, конечно. Я разговаривал с одним из людей, которые занимаются такими вещами — собирают стопроцентно подконтрольный состав думы. Я ему объяснял — слушай, их же посадят рано или поздно. Если у вас будет свой глава администрации, своя дума и не будет человека, которой сможет их остановить в нужный момент – их же посадят. Два-три депутата в каждой думе должны быть не назначены предприятием или партией, а именно избраны. В конце концов, кто-то же должен в думе работать. В случае если вот этих людей активных не будет, которые активно помогают, люди повалят к вашим депутатам. И они очень сильно удивятся, что у избирателей есть проблемы и их надо решать.

 

В думе должен быть кто-то, кто бдит, кто разоблачает, кто ищет коррупционную составляющую — пусть это будет лучше депутат, чем прокуратура.

Если говорить про идеальный состав думы  — это и представители градообразующего  предприятия, и общественники, и эксперты в сфере ЖКХ, которые по своей компетенции контролируют деятельность сотрудников администрации, и малый бизнес. В каждом городе, наверное, есть те предприниматели, которые каждый раз избираются, у них в жизни все хорошо, денег они достаточно заработали, время свободное есть – и у них появляется потребность делать что-то полезное для города.

Важно, чтобы эти люди были конструктивные, могли договариваться и делать это на равных. Градообразующее предприятие или партия власти должны понимать, что находятся с населением на равных правах. Население — не подчиненные и не крепостные.

О битве харизматиков, явке и лотерее 

С.К.: В этом году у нас были новые выборы по новой системе. По идее это должна была быть битва харизматиков на отдельно взятом округе. Как Вы думаете, получилась ли эта битва? Или борьба шла ни шатко, ни валко?

В.П.: В округах, за которыми я наблюдал, была самая настоящая «битва титанов» — это те округа, где шли Гарипов, Чертищев, Пунин. В этих округах и явка сильно выше получилась. Я давно не выдел явки больше 50% процентов. Удивился, когда получили на 3 часа дня по тому участку, где Гарипов шел, явку более 50 % процентов. Это нечто необычное.

Накал все-таки был такой, что людям эта кампания, на мой взгляд, понравилась. Они пришли, им стало интересно. В кой-то веки мы показали людям, что выборы – это правда интересно.

 

С.К: А у Вас нет ощущения, что людям была по нраву не избирательная кампания, а ноу-хау, лотерея? Ведь первый вопрос, который люди задавали друг другу при встрече, не за кого ты голосовал, а что ты выиграл? Может, этим и объясняется небывалая явка?

 

В.П.: И это тоже. Лотерея, да это интересная идея. Она помогла получить эту явку. Например, в Екатеринбурге, на выборах губернатора у нас самая низкая явка. Потому, что там не было этой лотереи. В Среднеуральске, где не было лотереи, явка ниже, чем в соседней Верхней Пышме, где ее проводили. Но не только в ней дело – больше всего явки дали округа с конкурентной борьбой на местных выборах.

 

Про «чернуху» и административный ресурс

А.П.: А «черный пиар» как технология устаревает или все еще актуальна?

В. П.: На мой взгляд, основная задача «чернухи»  была на этих выборах даже не в том, чтобы «очернить» кандидата, а отвлечь внимание штаба от агитации «за него». Каждый вечер приходилось думать, чего же нам ожидать сегодня. Для наших кандидатов, скажу честно, было хорошо, что этой «чернухи» было много. Когда «чернухи» много, люди просто перестают ей верить.

 

Заходит в избирательную комиссию женщина. Она говорит — тут, за углом,  агитируют за кандидата Пунина — по 300 рублей за голос предлагают. Комиссия приезжает – ничего нет. Тут же приезжает телеканал на три буквы и спрашивает у председателя — что произошло. Председатель комиссии рассказывает – поступила жалоба, что за кандидата Пунина покупают голоса за 300 рублей. Проблема была ровно одна — на этом избирательном округе Пунин не баллотировался.

 

Еще пример — история с Вадимом Чертищевым и «подкупом» комиссии.  Некий молодой человек приехал из Екатеринбурга, зашел по малой нужде в 9-ю школу и якобы увидел, как кандидат Чертищев передает комиссии пакет с алкоголем во время предварительного голосования. На самом деле, он купил печенье своим наблюдателям на их же деньги. Вообще, это норма — приносить этим людям еду на избирательные участки.

Потом был суд. И мы в суде смотрели кадры видеонаблюдения, но судья так и не увидел на этих кадрах, как этот самый молодой человек заходил в здание. Зато история о том, что Чертищева снимают с выборов, попала в СМИ. Скажу, что перед выборами Вадим Чертищев лично ходил по квартирам и объяснял избирателям, что его с выборов не снимают.  Мы, кстати, очень удивились, что в ночь перед выборами не было листовки о снятии его кандидатуры. Еще ожидали, что будет что-то, связанное с урной для голосования — либо вбросят бюллетени, либо устроят драку и просто сломают. Проинструктировали наших наблюдателей, они тщательно смотрели за каждым, кто подходит к урне. Но ничего такого, слава богу, не было.

                              

А.П.А может, просто нужно было освоить бюджет на выборы? Все же было практически предсказуемо. Ведь есть административный ресурс, как высказывались некоторые кандидаты. И тут, чтобы освоить как можно больше денег на пиар определенной партии, нужно было создать имитацию борьбы?

Административный ресурс, я думаю, решает не все. И по результатам голосования мы это видим.

Если бы все было решено — нужно отдать мандат депутата, например, Пунину, можно было это все сделать иначе — зачем бы «Единая Россия» тогда выставлялась? Ну или выставилась бы для статистики и кампании бы не вела. Бывает, технологи сознательно «разводят», по-русски говоря, кандидатов на деньги. И там, где нет борьбы, ее создают на ровном месте. Но это, по-моему, не наш случай был – я каждый день видел того же Пунина, репутацию которого оппоненты пытались очернить как только можно, любому человеку это будет не то что неприятно, это очень сильный стресс.

Выборы, кстати, отличаются одним моментом – эти скандалы после дня голосования уже никому не интересны. Ну, лежит сейчас в полиции, в прокуратуре, в избиркоме куча жалоб от всех кандидатов – по ним теперь вряд ли кого-то привлекут. Победителям эта история не интересна, в том числе нашим кандидатам. Проигравших принято прощать.

 

Про испорченные бюллетени и продолжение борьбы

С.К.: Есть ли у Вас данные от наблюдателей насчет испорченных бюллетеней? Их было много? Может, это о каком-то настроении в обществе говорит? 

 В.П.: Достаточно много. Возможно, эти люди пришли на лотерею, никому не веря. Возможно, это те, кто никому не хотел отдавать свой голос. Возможно, человек, за которого эти люди хотели голосовать, не смог выставить свою кандидатуру. Был такой в губернаторской гонке – люди просто подписали в бюллетене его фамилию, по два-три бюллетеня на каждом участке мы обнаруживали таких. Есть люди, который против нынешней системы выборов в принципе, но боятся, что их голоса украдут – они пишут все, что они думают, и перечеркивают все, что могут. Я видел, что даже на одном бюллетене выдрали печать избирательной комиссии – чтобы совсем его испортить. Пишут и плохие слова. Были те, кто пытались вынести бюллетень. Либо на память, либо для того, чтобы организовать «карусель». Но этого мы на своих 18-ти участках не зафиксировали. А попыток вынести бюллетень было всего 3 — то есть, это не носило массовый характер.

 А.П.: Был один кандидат, который проиграл 4 голоса оппоненту. Но проигравший уверен – он видел, что его избиратели опускали в урну бюллетени, где стоят две отметки – напротив его фамилии галочка, напротив фамилии оппонента – минус. Но это же испорченный бюллетени?

В.П.: С одной стороны – да. Это считается испорченным бюллетенем. С другой – я бы сейчас на месте кандидата требовал бы всеми правдами и неправдами пересчета голосов. Он может идти и говорить: «Я лично, своими глазами видел, как десять бюллетеней за меня положили в стопку моего оппонента!» Тогда, возможно, объявят пересчет. В ходе него я бы установил, сколько таких сомнительных бюллетеней, по каждому пошел бы в суд. Да, с одной стороны, — более одной галочки. С другой – установить волеизъявление избирателя можно. Эта ситуация остается на усмотрение суда, но шансы всегда есть.