350
1
0

Пардоньте вам за беспокойство, сидите, сидите


Как журналист Елена Красулина рискует нарваться на неприятности в метро


 

Елена Красулина, журналист

Для меня метро — это настоящая кладовая, просто кладезь сюжетов из жизни. Хочешь подточить перо и открыть журналистское «орало» — вперед в подземку. Она тебе — милости просим — покажет жизнь во всей ее красе. Этакий градусник, который измеряет, так сказать, социальную температуру общества. 



На удивление в этот раз в подземке после работы плотность народонаселения не наблюдалась. Захожу в вагон и беглым взглядом сканирую, нет ли свободных сидячих мест. Нет. Нахожу себе точку опоры возле металлических перил и, облокотив на левую руку сумку и полный пакет, спокойно погружаюсь в телефон. 
Но от телефона меня вдруг что-то отрывает. Боковым зрением замечаю женскую фигуру справа. Нас разделает пять сидящих мужчин. Женщина глубокого пенсионного возраста и хрупкого телосложения, скованная, словно наручниками, тяжелыми сумками, скромно стоит перед пятью молодцами. Четверо из них габаритами будут с Илью Муромца. Один, потупив глаза и вцепившись в металлический поручень обеими руками, отдаленно смахивает на Алешу Поповича. Мой взгляд невольно обращается к ним. Они все заняты.
Тот, что сидит в аккурат около женщины, положил большой, явно пивной, живот на колени и отсутствующим немигающим взглядом смотрит вперед.  
Следующий богатырь — косая сажень в плечах. Огромные ладони заботливо сложил на животе и тоже устремил свой отстраненный взгляд в даль. Устал, наверное.
А этот товарищ, вцепившись в барсетку, словно в тяжелый банковский сейф, набитый деньгами, закрыл глаза. Мы спим. Но бдим. Но спим. Что, бабуля, не видишь, мы с ридикюлем спим-бдим? Очень ответственный банковский работник, наверное.
Четвертый кажется библиофил. Точнее — рекламофил. Сосредоточенно перечитывает всю рекламу, словно готовится к уроку литературы. Скупые строчки рекламы явно занимают все его внимание. Интеллектуал, наверное.
И только Алеша Попович до белизны на костяшках рук ничего не делает. Как так можно? Все богатыри хоть что-то делают, чтобы отвлечься от стоящей перед ними пожилой женщины. А он совсем ничего. И прячет взгляд в сторону, словно школьник, прогулявший урок. Тонкой душевной конструкции будет, наверное. 
Мое терпение начинает закипать. Пытаясь прорваться сквозь звук несущегося поезда, говорю:
— Доброго вам здоровья, господа! И нам не хворать! Может быть, кто-нибудь из вас оторвет пятую точку от сиденья и уступит место пожилой женщине?
Пять пар глаз устремили на меня непонимающий взгляд. Поняла, они, наверное, не знают, что такое пятая точка. Мне в спину звучит баритон:
— Зря вы им говорите. Так можно и на кулак нарваться. 
Я удивленно обернулась назад на мужчину интеллигентной наружности, он явно не шутил. И с удивлением увидела, что на другой стороне вагона точно в такой же позе и с таким же отсутствующим взглядом сидит еще пять мужчин разного возраста. 
С чувством безнадеги я стала продвигаться к выходу. И вдруг двое богатырей встали и освободили пожилой женщине место. Мое настроение резко сменилось надеждой. Но, как оказалось, они не пожилому человеку уступили место, а просто вышли на одной со мной станции. И с этой женщиной тоже. 
Вдогонку зазвучал поставленный голос диктора: "Уважаемые пассажиры, будьте взаимно вежливы, уступайте места пожилым людям, беременным женщинам, инвалидам и пассажирам с детьми».
Ну, вот, кому и зачем они его поставили?