687
4
0

Обещанного восемь лет ждут


Что думают зоозащитники о принятии закона «Об ответственном обращении с животными» 


18 и 19 декабря 2018 года в Госдуме во втором и третьем чтении был принят закон, проект которого поступил на рассмотрение 8 лет назад. А в целом зоозащитники уже 18 лет добиваются принятия подобного закона в России. 21 декабря проект закона был одобрен Советом Федерации, дело за подписью  Президента и опубликованием документа.


 

В преддверии этого мы общаемся с зоозащитником, попечителем первоуральского приюта для животных Марком Соколовским. О плюсах, минусах, доработках, опасениях, полномочиях и надеждах. Марк оговаривается сразу — закон, призванный защищать животных, защищает и людей.

Марк Соколовский

Подобного закона на территории Советского Союза и современной России никогда не было. О нем, как говорится, даже не мечтали. Зоозащитники называют его прорывом и считают, что он должен кардинально изменить ситуацию по отношению к животным, поменять психологию людей. Закон предусматривает, что животные перестают быть вещью, имуществом. Есть четкое указание, что это существа, которые способны чувствовать, обладают сознанием.

— В законе должна быть еще масса подзаконных актов, в частности, список опасных пород собак, которых нужно обязательно регистрировать. Нет статей в административном кодексе за нарушение этого закона. Отсутствует обязательная регистрация всех домашних животных. Без этого ситуация с выброшенными на улицу животными никак не может измениться. Но закон об обязательной регистрации готовится, насколько я знаю, Министерством Сельского хозяйства. Это отдельный обширный документ, наверное, неправильно втискивать его в рамки закона. С другой стороны обязательная регистрация есть в Законе о ветеринарии, который действует уже много лет. Дождемся прояснения ситуации.


 

Что касается безнадзорных животных, в этой части закон вступает в силу 1 января 2020 года. Причина в том, что практически ни один субъект РФ к положениям данного закона не готов. Не подготовлена техническая база и нормативно-правовые акты.

— По ситуации с безнадзорными животными. Первое, на что направлен закон — не на ликвидацию последствий, а она у нас принимает крайне жесткие, кровавые формы. Огромное количество бюджетных средств бездарно вышвыриваются на живодерские и мошеннические фирмы. Я говорю это совершенно ответственно. У меня на руках масса документов, доказывающих открытое мошенничество и живодерство. Страна погрязла в таких фирмах, как и Свердловская область. Закон направлен на пресечение источника поступления животных. Он обязывает владельца (если уж ты завел кошку, собаку или кого-то еще), выкинувшего животное, платить административный штраф. Можешь передать животное в приют или новому владельцу. Умерщвлять животных без показаний от ветеринара нельзя. Закон прописывает и ограничение торговли, разведения животных. Это логично и правильно. У нас перепроизводство животных в России, потому выкидывают, потому что легко приобрести. При госрегулировании численности безнадзорных животных полностью запрещено умерщвление без показаний — только несовместимые с жизнью страдания животного. Животные, которые не представляют опасности для человека, должны содержаться в приюте. Причем в законе четко сказано, что никуда, кроме приюта, животное помещать нельзя. Никаких передержек и частных фирм, только приюты.

Приюты, а не концлагеря для животных, появления которых уже опасаются зоозащитники. И опасность эту видят в том, что полномочия по отдельным деталям исполнения закона отданы субъектам и в дальнейшем будут переданы органам местного самоуправления.

— Это самая большая беда, потому что уже сейчас в Свердловской области депутаты ЗакСо и чиновники других уровней делают заявления, которые, на взгляд зоозащитников, являются абсурдными и опять поворачивают этот закон на уничтожение животных. Только не в открытую, а, скажем, за дверьми межмуниципальных мегаприютов на несколько тысяч собак. Сейчас такие инициативы продвигаются в регионе. Это крайне плохо, пример Москвы и Подмосковья очень страшный. В таких мегаприютах  массовая смертность, потому что нет должного лечения и присмотра, нет нормального кормления, выгула и пристройства. Где нет волонтеров, везде кошмар. Это еще и колоссальные затраты бюджета на строительство таких концлагерей. Лучше эти средства направить на стерилизацию и идентификацию животных и работу с населением.

Еще один подзаконный акт, который должен быть представлен в течение нескольких месяцев после вступления закона в силу, конкретизирует, что такое "приют" и расписывает его деятельность. Если в приюте места для отловленных животных пока нет, если собака не представляет для человека угрозы, внедряется программа ОСВВ ("отлов-стерилизация-вакцинация-выпуск" в прежнюю среду обитания).

— Этого бояться не надо. Это один из моментов, когда нужно поменять психологию населения. Масса стран, которые практикуют данный метод, он себя полностью оправдывает и никаких проблем населению не приносит. Нужно понимать, что данный закон не просто поддерживает каких-то оголтелых зоозащитников, которые пекутся только о животных, а на людей им наплевать. Закон как раз и поддерживает население, чтобы максимально снизить случаи конфликтов животного и человека на улице. Для того, чтобы средства налогоплательщиков были направлены на снижение численности  безнадзорных животных на улице, а не шли на кормежку живодеров.

Новый закон дает зоозащите весомые рычаги и полномочия. В нем прописана такая функция, как общественный контроль.

— Самое главное, когда закон вступит в силу, переломить психологию и произвол местных властей и заставить закон работать, как он был задуман, а не как они представляют. Мы будем добиваться, чтобы закон работал, был не бумагой, а серьезным рабочим аргументом. Конечно, он далеко не совершенен, и зоозащитникам хотелось бы там что-то изменить, но на сегодняшний день пусть даже в таком варианте — это прорыв. Это фундаментальный закон, большое оружие в руках тех, кто пытается защищать права животных.


 

Фото из архива редакции