684
10
0

Не на тех напали


Первоуральская семья намерена разоблачить «оконных» мошенников


Пару недель назад на мой номер поступил звонок. Приятным голосом девушка вещала, что  пора бы проверить установленные несколько лет назад пластиковые окна. Вежливо и решительно девушке было отказано. По ряду вполне объективных причин. В числе которых — периодичность подобных «оконно-фильтро-пылесосных» звонков.

У героя нашего материала — пенсионера Алексея Громова — такого богатого опыта общения с навязчивыми абонентами не было. Приятный женский голос и обращение по имени-отчеству приглушили чувство опасности. Дома он был один, посоветоваться не с кем. Окна, вроде, не проверяли давно, а со времени установки прошло уже шесть лет. Алексей Георгиевич дал добро.

— Я понял, что действительно должна быть какая-то проверка. Мало ли что. На это и повелся. Спросил, как вас зовут? Лена, через которую мы делали окна? Она представилась Юлией. Фамилию я забыл, а компанию она не назвала.

Исправлять недочеты приехали быстро. Сначала в частном доме материализовался один молодой человек, вскоре подошел второй. С собой – объемные мешки с уплотнителем для окон. На выбор. Хочешь – белый, хочешь – серый. Один из визитеров осмотрел три окна (остальные – «глухие»), вынес вердикт — ручка на одном вот-вот «полетит». Надо бы заменить. И уплотнители кое-где затвердели. Того и гляди тепло утечет. Смазал замки  и приступил к заполнению договора и квитанций. Сумма вырисовывалась немаленькая. Пенсионеру предложили рассрочку.

— Парень говорит, мол,  один договор буду заполнять я, другой – вы. Я говорю, нет, дорогой, заполняй ты один своей рукой. Он согласился. Я сколько раз его спросил – замена уплотнителей сколько стоит. Он  говорит — вроде 700р погонный метр. Я прикинул, что на три окна примерно 2000 выходит. Хоть я не больно грамотный, но в уме-то маленько считать умею.

В подсчетах с работником они не сошлись. Оказалось, Алексей Громов должен в три раза больше. Почти 9 тысяч.

— Молодой человек  мне потом говорит — за работу 2000р. и 900р. за уплотнитель и ручку. Она, в принципе, нормальная была. Это я уж потом понял, что они мне по ушам проехали!

—Когда поняли? — спрашиваем.

— А, когда дочери приехали! Когда девки на меня заорали! — смеется пенсионер, досадуя, что так легко попался.

Дочери у Алексея Георгиевича – не промах. Сразу смекнули, что к чему, и приехали еще оперативнее горе-ремонтников. Только застать на месте не успели.

—Мы с сестрой рядом были! — говорит Елена Дружинина. — Папа радостный звонит, рассказывает. Видимо, хотел, чтобы мы его похвалили! Мы сразу в шок. Мне самой уже звонили зимой и предлагали такую услугу. По пенсионерам ходили, пока я их не выгнала и не пригрозила полицией. Мы с сестрой сразу поняли всю нашу насущную проблему, приехали к папе и увидели все эти бумаги. 

Сгоряча пригрозили полицией. На что услышали спокойное: «Обращайтесь».

—Конечно, он подписал квитанции и договор на рассрочку сам. И дату получения пенсии они у него узнали. Платеж должен быть сделан днем позже. Они ему «подгадали», — говорит дочь Алексея Громова Анастасия Ибрагимова. — Вообще, у нас пару лет назад окна проверяли. Приходил тот же человек, что и устанавливал. Это знакомые нам люди. Подтянул какую-то резиночку и все. Бесплатно. А здесь...

За работу Алексей Георгиевич заплатил наличными. Говорит, вся сумма была, но не захотел отдавать сразу. А банковских карт у мужчины сроду не было.

— Я понимаю, когда звонят на наши номера. Мы и в соцсетях где-то светимся, в магазинах карточками пользуемся, анкеты заполняем. Мы более активны. Когда мне звонят, у меня подозрения не вызывает, где взяли номер. Он-то пенсионер, у него номер нигде не светится. Карт нет. У меня есть предположения, что это сетевые компании «сливают».

Дотошно вычитав договор и просмотрев чеки, сестры стали звонить по указанным в бумаге номерам. Их было три – сотовый, стационарный и «горячая» линия. Внизу печать и подпись – ООО «Будущее». Многообещающее название.

— Сначала я позвонила на тот номер, с которого был первый звонок от девушки. Спросила, на каком основании пришли и работали с папой, а не с собственником дома – моей сестрой Анастасией. Ей ничего не нужно было. Папа здесь просто прописан. Потом позвонила на указанные в договоре номера – везде отвечает один и тот же голос. И слышно, что это далеко не офис. Уличный шум.

Мужской голос ответил, что на сегодня рабочий день уже закончен. Было около семи вечера. Елена позвонила на следующий день и сказала, что намерена восстановить справедливость. Тем более, что, покопавшись в интернете, легко нашла стоимость уплотнителя и не требующей замены ручки.

— Цена неадекватная. Мы посмотрели, сколько стоит один метр уплотнителя – 14,5 рублей. Итого – 368 рублей на все три окна. Ручка – 200 рублей.

Елена даже предложила молодому человеку «разойтись полюбовно».  Вернуть им второй экземпляр договора, согласившись на уже уплаченную сумму. Та сторона на компромисс не пошла.

— Я зашла в интернет, чтобы проверить контрагентов. Организация появилась в Екатеринбурге  в 2015 году, основная деятельность – розничная продажа и производство пластиковых изделий. Может быть, они и откосы делают. Но на сайте налоговой такого нет.

Елена продолжала засыпать неизвестного абонента вопросами и аргументами.

—Говорю, что за бумажки дали? Где у вас смета, прайс или что-то подобное? Ни за метр, ни за штуку, ни за нормочас. Просто написано: за работу по ремонту окон. Нет акта выполненных работ. Есть дополнительное  соглашение на рассрочку. Есть заявка на выполнение работ, которую папа подписал. Дал им номер пенсионного удостоверения.

Обе квитанции оказались под одним порядковым номером.

— Они выдали приходно – кассовый ордер. А не имели права принимать наличные без кассового аппарата. По закону касса-онлайн должна стоять с 1 января 2018 года при приеме наличных.

Чтобы разобраться с теми, кто «развел» их отца, Елена решила написать претензию и направить ее не только в адрес фирмы с красивым названием—одновременно уведомить налоговую инспекцию и Роспотребнадзор.

— Пусть налоговая разбирается, ведут ли они кассовый журнал, сдают ли наличку, инкассируют ли ее. В Роспотребнадзор написала, чтобы независимая  экспертиза рассчитала стоимость работ по рыночной стоимости. Я письмо отправлю почтой с уведомлением, с квитанцией, чтобы в суде было как официальная бумага.

В суд Елена хочет подать на опережение. Потому что опасается, что деньги из пенсии ее отца снимут без его ведома.

— Я думаю, что они захотят взыскивать всю эту сумму, указанную в договоре. Просто так через Пенсионный фонд они не взыщут. Они должны сначала идти в гражданский суд. Но, к сожалению, у нас такая судебная практика в городе, что ответчиков не уведомляют должным образом. Пройдет суд в упрощенном производстве, они получат исполнительный лист и отдадут его в ПФ. И мы уже узнаем по факту, когда у него снимут деньги. Мы готовы им простить 2900р., которые они уже с нас взяли. За остальное мы будем биться. Они не на тех напали!

Елена говорит, призвать мошенников (а она не сомневается, что так их можно называть) к ответу — позиция принципиальная. Не первая волна мошенничеств в городе. В полицию для порядка заявление тоже напишет. Пусть будет прецедент. Чтобы сотрудники фирмы с многообещающим названием не портили людям ни будущее, ни настоящее.

— Чему меня все это научило? Слать всех незнакомцев подальше. А то развели, как лоха.

 

Мы будем следить за ситуацией. Если вы стали жертвой мошенников, не поленитесь написать заявление в соответствующие органы и предупредите свои близких.


 

Фото Сергея Макарова.