1041
10
0

Нас спасли мастерство и чудо


13 января 1990 года под Первоуральском совершил аварийную посадку Ту-134. 30 лет спустя участники трагического события встретились около памятного камня


 

Из официальных источников

Самолет летел из Тюмени. На высоте свыше 10 тысяч метров в салоне появился сильный запах гари. Бортмеханик обнаружил возгорание в багажном отсеке. Воспламенилась центральная распределительная панель. Отключилась система электропитания. Экипаж запросил посадку в Свердловске (Екатеринбурге). Но город и аэропорт накрыл плотный морозный туман. Земля просматривалась только в районе Первоуральска.

Аварийный полет продолжался восемь минут. С десятикилометровой высоты самолет снижался почти вертикально. Посадку на снежное поле экипаж выполнил безукоризненно. Но, под метровым снегом были штанги системы орошения. Они срезали одно крыло, в результате самолет перевернулся и докатился до лесополосы. Погибли 24 пассажира из 64-х, находившихся на борту. А также командир корабля Владимир Дунаев, второй пилот Александр Слепцов, штурман Георгий Шиленков, бортпроводница Любовь Мотырева. Из экипажа выжили бортмеханик Александр Лукьянов и стюардесса Наталья Бобровских.

Маленький народный подвиг

Сегодня участники и свидетели трагического события собрались в администрации города. В 12 часов они выехали к месту аварийной посадки. Остановились около памятного камня. Перед началом церемонии собравшиеся делятся воспоминаниями.

— Я пришла в больницу, прошу, чтобы мне показали моего солдата. Имени его не знаю, но узнаю по лицу. Я солдатом назвала, потому что он был в серой шинели. Я прошла в палату, он лежит весь в бинтах. Рядом с ним мать и отец. Приходила к нему два раза, а на третий раз пришла, моего Николая уже нет. Его увезли в госпиталь в Свердловск. Потом мы с переписывались. Я ему вторая мать. Одна родила, а вторая от смерти спасла, — рассказывает Любовь Ильинична Редькина.

Но Любовь Редькина не успевает рассказать историю до конца. Председатель городской Общественной палаты Николай Минькин просит внимания.

— Друзья, подтягивайтесь к мемориалу. Наша встреча посвящена тридцатилетней дате вынужденной посадки пассажирского самолета Ту-134. Среди нас бортинженер Александр Лукьянов. Саша, выходи сюда.

Александр Лукьянов, бывший бортмеханик. 

— Прошло 30 лет. Вспоминается все тяжело, — Александр Николаевич делает короткую паузу. — Штурман и капитан корабля до последнего вели неуправляемый самолет и нашли место около Первоуральска, куда можно было его посадить. На это поле довернули в последний момент. Это было и мастерство пилотов, и чудо. Благодаря им большинство людей на борту выжило. Вечная память погибшим членам экипажа и пассажирам.   

Николай Кубрин — тот самый «солдат», о котором вспоминала Любовь Редькина. На самом деле, в 1990-м он был курсантом тюменского военного училища. Летел домой в свой первый отпуск.

Николай Кубрин, выживший пассажир

— Верилось, что все будет хорошо. Так и получилось. Спасибо экипажу, спасибо местным жителям и красному кресту. Любовь Ильинична нашла меня возле этого столба, — Николай показывает на электроопору на краю поля. — Самым неприятным было, когда очнулся в снегу в корпусе самолета. Самостоятельно выбраться не смог. Воздуха не хватало, и я потерял сознание. А так все хорошо, жив и здоров местами. Если бы не Любовь Ильинична, кто знает, как бы все сложилось. Членам экипажа вечная память.

В официальном анализе мероприятий по спасению пассажиров рухнувшего авиалайнера специалисты особо отметили взаимодействие местных жителей, общественных и государственных организаций.

Любовь Рыбакова (слева)

— В первую очередь не остались в стороне работники совхоза Первоуральский. Следом прибыли медики, пожарные, военнослужащие. Все были сплочены, — вспоминает представительница городского отделения Красного креста Любовь Ивановна Рыбакова. — Организация Красного креста оказалась на высоте. Наши сандружинницы дежурили круглосуточно около пострадавших, не выходили из больницы. Организовали дежурства в гостинице, где разместили пассажиров. Записывали, кто в чем нуждается. Население нам несло медикаменты, одежду. Я считаю, что экипаж самолета достоин награды.

— Мы все это помним, — продолжает управляющий Западного округа Виталий Вольф. — Морозище стоял страшенный. За минус 30, да с ветерком. Александр Бунаков тогда возглавил штаб по спасению. Часть пострадавших отвезли в Ревду, самых тяжелых в Екатеринбург. Но надо было видеть, как жители совхоза бежали сюда со всех ног. Не поглазеть, а принять участие в спасении. Это маленький народный подвиг. Всем, кто жив и здоров, желаем многие лета, а погибшим вечная память.


 

Такое воспоминание может не пройти спокойно

После мероприятия спасатели и пострадавшие продолжили совместные воспоминания.

Любовь Редькина и Николай Кубрин

—Когда пассажиры поняли, что происходит, в салоне было спокойно. Перед глазами жизнь не пролетала, — вспоминает самый страшный момент катастрофы Николай Кубрин. — Два сильных удара. Меня бросило вперед. Был пристегнут ремнями. Начал приподниматься, и по правому борту прошла огненная полоса, видимо, когда крыло отваливалось. Самолет развернуло, и я отключился. Очнулся, а перед лицом ледяная корка. Была уверенность, что спасут. В 17 лет думать о плохом не хочется. Как меня Любовь Ильинична нашла, я не помню.

— Он лежал возле столба, — начинает свою версию той истории Любовь Редькина. — Их из самолета вытаскивали и сюда выносили. Мы домой уже пошли. Солдаты приехали, должны были прочесывать весь снег с лопатами. Мы идем, а он вместе с мертвыми у дороги лежит в шинели и без шапки. Мне показалось, что у него лицо розовое. Ладошку на лоб положила, а он теплый. Позвала людей, чтобы его в машину перенести. Вдоль дороги стояло 9 легковых машин. Мы его потащили, а он не стонет. В последней машине место нашлось. Сидит на заднем сиденье девушка, тоже с самолета, а рядом с ней медикаменты. Я ей говорю, чтобы убрала их, а она никакого внимания на нас. Я лекарства скинула, и мы его затолкали в машину.

— Очнулся я позже, от боли в сломанной ноге. Потом лечил перелом, обморожение и воспаление легких.

Бортинженер-инструктор волгоградского авиаотряда Владимир Шапиро был лично знаком со всеми членами экипажа рухнувшего под Первоуральском самолета. Неоднократно летал с ними на одних рейсах.

Владимир Шапиро

— Я испытываю гордость за экипаж. Знал их всех много лет. В той ситуации они выбрали единственное верное решение. Иного, кроме вынужденной посадки, не было дано. Я за 42 года работы в авиации такого отказа техники не припомню. И если бы не экипаж, в живых никого не осталось бы. Одна из бортпроводниц, ударилась головой при падении, пришла в себя и начала помогать вытаскивать из самолета выживших. Она выполнила свой долг до конца. Это очень достойно.

Александр Лукьянов

— Все вместе мы летали около года, — вспоминает бортинженер упавшего Ту-134 Александр Лукьянов. — У нашего командира был большой стаж работы. Начинал он с «кукурузника». Орошал поля. У летчиков АН-2 вылет всегда был с подбором площадки. Они могли в любом месте с воздуха найти себе площадку и приземлиться. Такой опыт у летчика остается навсегда. У штурмана тоже был большой налет. Он до последнего сидел в своей кабине. Это стеклянная в передней части самолета, он при аварийной посадке должен ее покинуть. Я откинул сиденье, зафиксировал дверь, чтобы он мог выйти, но он так и остался до приземления и первым встретил удар. Он рассчитывал траекторию и докладывал командиру, а тот принимал решение. У них все сложилось, где можно приземлиться. Они выбрали место около города. В тайге приземлятся смысла нет, выжившие зимой замерзнут. А рядом с городом и население поможет, и больницы, и специальная техника есть. Уверенности, что все пройдет гладко, не было. Шли на удачу. Не зря я сказал, что спасли нас мастерство и чудо. Столкновения с землей не помню. Доложил, что пожар в двигателях потушен, сел в свое кресло и дальше не помню. Дальше было дело пилотов. Они без двигателей долетели и сели. И больше половины пассажиров остались в живых. Хотел все вспомнить, однажды обратился к гипнотизеру, но он спросил: а тебе это надо? Я подумал и отказался. Такое воспоминание может не пройти спокойно.


 

Общероссийская организация «Содружество ветеранов гражданской авиации России» обратилась с ходатайством о награждении членов экипажа ТУ-134А Орденами Мужества.

«Назвать героев героями, а подвиг подвигом — это заживить рану в истории страны и в душах родственников, друзей и коллег», — написано в ветеранском обращении.


 


 Фото Дмитрия Дегтяря