635
13
0

Мы что, ниже плинтуса должны жить?


Операция расселения людей из ветхого и аварийного жилья в Первоуральске остается властным действием, наполненным драматизмом человеческих судеб


Переселенцы с осени прошлого года протестуют против предложений городской администрации — не переезжают в программные новостройки, подают в суды иски с требованием увеличить суммы компенсации за утраченное жилье. Судебные разбирательства обычно заканчиваются в пользу истцов. Администрация несет дополнительные расходы на судебные издержки. А на сайте Госзакупок уже несколько месяцев неподвижно висят лоты на приобретение на вторичном рынке квартир для переселенцев.

К концу года должны расселить бараки №13 и 13Апо улице Ильича на Динасе. Мы выехали туда, чтобы пообщаться с участниками программы переселения, и понять, чего ожидать от очередного акта большой российской драмы.

Первым нашим собеседником стал Владислав Роев, проживающий в бараке на Ильича №13

— Не знаю, попаду я в программу расселения или не попаду. Мне надо собрать все документы, чтобы встать на учет в администрации, — начинает объяснения мужчина. — Квартира у меня коммунальная, получил ее в  1993 году. 25 лет живу в этом бараке №13. Его обещали снести в 2019 году. Если есть задолженность у кого-то по коммуналке, могут расселить по общагам или по баракам. А если долгов нет, тогда речь может идти о нормальной жилплощади. У меня 28,5 квадратов, обещают, что столько и получу взамен. В нашем бараке вообще никакого благоустройства. Туалет на улице. Вода на улице. Канализации нет. Вот тут в будке туалет и тут же ванная комната. Белье полощут здесь, даже посуду моют. Жизнь как при Демидовых.

Туалет рядом бараком на Ильича,13

Соседство с неблагоустроенными бараками доставляет немало хлопот обитателям двухэтажки №9А.

— Из уличного туалета летят мухи. Окна невозможно открыть, — делится бедами Елена Альбертовна. — Ужегов (Юрий Павлович, руководитель «ПЖКУ п. Динас» — ред.) за свою работу абсолютно не отвечает. Возле дома у нас постоянное болото. Вода сочится. Никто не знает откуда она течет. Подозреваем, что из этого же туалета. Контейнерная площадка вечно мусором завалена, дворника полгода нет.

— Такое ощущение, что мы здесь живем как в другом государстве, — поддерживает соседку  Римма Жиганина. — Из уличного туалета грязь не выгребают.Все заброшено. Управляющая компания не хочет исполнять здесь свои обязанности. Бурьян уже два года не косят. Это место как будто проклято. Здесь надо все благоустройство менять, тротуары новые прокладывать. Бараки снесут, а наш-то дом жить останется. Надо здесь все по уму сделать, и не тяп-ляп как принято нынче.

Обитатели комнат в бараках реагируют на наше появление по-разному — кто-то захлопывает дверь, а кто-то охотно рассказывает о проблемах, которые возникли в процессе расселения ветхих домов.  В бараке №13А нам сразу же показывают толстенные тополиные ветки, рухнувшие во время последней грозы.

Пробитую крышу коммунальщики залатали, а вот убирать под окнами валежник не торопятся, возможно, этого и нет в планах, так как дом подлежит сносу и расселению. Зачем напрасно тратить средства? Но жильцам барака №13А такое отношение не нравится. Все ж таки они здесь еще живут, и за коммунальные услуги платят. В квартирах в основном остались съемщики муниципального жилья, собственники согласились на компенсацию, получили ее и разъехались.

Нас приглашает в дом Татьяна Комиссарова. Показывает комнаты и попутно объясняет ситуацию, в которой оказались ее брат и отец.

— У нас проблемы с оценкой квадратных метров. У меня здесь прописаны брат и отец, а я прихожу за отцом ухаживать. Сначала оценивали в большую сумму, а в этом году уже в меньшую. Нам говорят таких квартир метражом как наша уже не строят. Правда сначала предлагали подыскать самостоятельно квартиру на вторичном рынке. А как мы должны ее искать? Потом делать ремонт. А деньги на это откуда? А в этом доме уже все перекосилось. Двери не закрываются, зимой ветер свистит. Скоро все строение крякнет. Очень надеемся переселиться в новое жилье. Наши две комнаты оценили в 1млн. 100 тыс. Но на эти деньги брат однокомнатную квартиру приобрести не сможет. А отец у нас инвалид. Ему положена отдельная комната. Хорошо тем, кто еще в силе и работают. Они берут компенсацию и ссуду в банке, приобретают жилье. Ну а отцу с братом, хотя бы полуторку дали бы. Папе 86 лет в августе. Съехать бы ему отсюда до зимы.

Отец Татьяны — Анатолий Пикеневич, рассказывает историю своего переселения в барак на Динасе:

—Меня сын сюда из Ульяновской области забрал после операции. Если бы не они с дочерью, меня бы уже не было. Вытащили с того света. Медицина в Свердловской области получше. А здесь в доме уже все прогнило. Фундамент развалился. Угол просел. Там по полу зимой сильно задувает.

В квартиру заглядывает соседка Пикеневичей — Надежда Горохова, узнает, что мы из интернет-издания и соглашается поведать свой сюжет общения с представителями власти.

Надежда Горохова

— А я уже в суд подала на администрацию. Компенсацию мне дают маленькую — 860 тысяч. На нее невозможно даже однокомнатную квартиру купить. Она стоит 1 млн 300 тыс. Плюс ремонт, плюс переезд. В кредит придется влезать. Дом идет под снос. Здесь будут строить объект. Землю продадут, если уже не продали. А нас в кредиты загоняют, или снова вынуждают заезжать в барак. А расселение из ветхого жилья предполагает улучшение условий проживания. Мы не алкаши, задолженности у нас нет. Жилье не приватизировано. В компенсацию вошли стоимость доли земельного участка, и стоимость доли общедомового имущества. Но сумма в итоге маленькая.В администрации говорят, что местный бюджет выделяет мало средств, область тоже мало, Москва вообще ничего не дает. И этому должна радоваться, так как мое жилье вообще стоит ноль.Но я уже один раз брала квартиру в ипотеку. Потом разразился кризис 2008 года, всем резко сократили заработную плату. Выплачивать стало нечем. Я эту квартиру продала. А сейчас с финансами стало еще хуже. Уверенности ни в чем нет.Я обратилась к адвокатам. Жду суда. Из нашего дома одна женщина уже выиграла дело. Хромпиковцы до этого выиграли. А местная власть говорит, что квартиры в новостройках не для нас. Так нас вообще ни за кого не считают. Мы что — павшие? Ниже плинтуса жить должны? Мы, между прочим, работаем. Ни «Единая Россия», ни власть нам ничем не могут помочь. Вот и голосуйте дальше за президента. А я буду бороться.

Прощаемся с нашими собеседниками до осени, они рассчитывают, что к этому времени уже получат результаты от предпринятых действий в сложном процессе защиты своих интересов.

 


Фото Дмитрия Рудика