881
27
0

Жизнь в красках


Про художественную студию Тумаковых, где рассказывают сказки и не ставят оценки 


Поводов, чтобы заглянуть в семейную студию Тумаковых и искать-то особо не нужно. Канун 14 февраля? Пойдет! Про кого, как не про людей, полюбивших друг друга с первого взгляда, писать? А у Веры Викторовны и Владимира Викторовича именно так и было. А, может, про то, что со студенческой скамьи они работают вместе и нисколько друг другу не надоели? Или, что вся семья Тумаковых — супруги и две их дочери — закончили одно и то же учебное заведение, и на четверых у них уже больше ста лет педагогического стажа?

Чтобы раскрутить всю эту творческую спираль, мы ухватились за краешек, за свеженькое событие — недавно в Россию из Болгарии с международного конкурса пришло три диплома, два из них — в школу Тумаковых «Палитра. Мир цвета». Это из 10 500 работ, которые представили юные художники из 53 стран мира. Редкий, скорее, невозможный случай, когда не приходит ничего. В чем тут секрет? В таланте педагогов, особом настрое или уникальной авторской методике? Все соткано из полутонов, легких взмахов кисти, уверенных штрихов карандаша и... любви. К искусству, к детям, к своему делу, которое, в итоге, стало жизненным путем. Они учат чему-то большему, чем просто рисунок. Эстетике, любви, тонкому восприятию, стремлению вперед.

Собственная художественная студии у Тумаковых появилась не так давно. Проработав в муниципальной школе с самого ее основания, два года назад они ушли в свободное плавание. Купили столы и мольберты и пошли искать помещение. Сначала арендовали квартиру, потом перебрались сюда, в задние бывшего детсада. Сказать, что это школа? Скорее, сказочная мастерская, где каждую картину хочется разглядывать подолгу, а каждую поделку — непременно подержать в руках.

Вот, шторы дочка придумала и пошила. Фонарики вместе с детьми вырезали. А это у нас волшебная полочка, куда мы ставим всякие милые вещицы — и для красоты, и для дела, — хозяйка мастерской Вера Викторовна с удовольствием показывает нам волшебное пространство, радуясь нашему изумлению. Магический мир для тех, кто картинами привык только любоваться и дальше детских красок не заходил. Столько тонкостей, нюансов, фишек. Это семейный закуток. Здесь портреты дочек, внуков, а в левом верхнем углу — Веры Викторовны. На двух мольбертах сохнут масляные картины супруга Владимира Викторовича.

Штучки интересные собираем и сами делаем. Красиво и в работе применимо. Сейчас искусство Древней Греции проходим, а у меня есть уменьшенные слепки с сосудов, из Херсонеса привезенные. Вот это наши дочки плели из бисера. Это нам подарили — авторская куколка-медвежонок. Это из Индии подарок. Вот, родители нам подарили — это в Первоуральске делают такие фигурки. Тут песок из Сахары — это атмосфера для изучения Древнего Египта. По телевизору наблюдаем за животными, прежде чем их рисовать.

Сырые, значит, что она мажется еще. По настоящему все слои сохнут один год, а, чтобы не пачкалась – достаточно пары недель. А внутри еще процессы происходят. И цвет меняется, приходится дорабатывать через год, если не нравится результат. Это особенность масляных красок. Слоев у Владимира Викторовича много. Он рельефные работы любит. Я когда детям его палитру, показываю они говорят — оу!

И мы с коллегой говорим, хоть и давно не дети.

Забавно выходит. Каждый из художников готов часами говорить о работах и талантах другого. Да, еще о собственных дочерях — художницах, о своих учениках, об их успехах. И совсем неохотно и немного — о себе самих. Так уж повелось, что они друг другу и опора, и советчики и лучшие друзья. Пока разговариваем с Верой Викторовной, супруг то и дело приносит из запасников картины. Молча. Так выражает свою вовлеченность в беседу и любовь к жене и искусству.

У нас каждый урок начинается со сказки, — Вера Викторовна кивает на сову. — Прежде чем ее рисовать, придумываем на ходу историю на две минутки для малышей, чтобы эмоционально зарядить. «Вот сова летела, перышко обронила. Оно прямо в руки королеве Кисти прилетело. Краски заверещали: давайте сову рисовать!». И вот у нас сова. Все последовательно. Там у нас коты. Дети любят котов рисовать. Тут у нас игрушки для сказок. 

В руках Веры Тумакой появляется книжка-раскраска с записанными сказками.

Мы с чего это начали. Меня муж заставил придумать сказки. А потом с дочерью проиллюстрировал. Это лет 15 назад было. И мы издали книжку. Она, как учебничек и как раскраска, и читать, и знания получать, а в конце вместе с автором можно почувствовать себя художником. Штук 100 экземпляров у нас было.

На столе появляется папка поувесистее. Это авторская сертифицированная программа Тумаковых, по которой они работают с 1993 года. Писали втроем — родители и старшая дочь Наталья. Иллюстрации — ее искусных рук дело.

17 ученых проверяло нашу программу. Мы участвовали с ней на конкурсе в Екатеринбурге, получили второе место. Она у нас вся нарисована и расписана на 8 лет обучения, с тех пор мы ее дополняем современными заданиями. Пришли новые художественные материалы – акварельные карандаши, мягкие шариковые ручки - «фруктовые», черные линеры, акриловые краски.

В незатейливой папке спрятан секрет успеха Тумковых и их талантливых учеников. Никаких волшебных ключиков и палочек. Простые и очень действенные методы.

— Во-первых, должна быть «ситуация успеха» на каждом уроке у каждого ребенка. Чтобы у всех получилось. Нет такого, чтобы ребенок ничего не смог сделать и со слезами ушел домой. Поэтому у нас в группах максимум 10 человек. Они у нас все на виду. Если у кого-то не получается, мы помогаем. У маленьких совсем их руку берем в свою и показываем штришки. Во-вторых, идем «от простого к сложному». Мы разрабатываем небольшие упражнения по методу мастер-класса, когда учитель показывает на доске, и ребятки повторяют. Или, к примеру, декупаж — украшаем банку. И от упражнений уже идем к композиции. А композиция — это уже творческое произведение каждого человека. Ее можно уже на выставку отправлять, если она удачная.

Вера Викторовна достает очередную тетрадь — у нее, как у хорошего бухгалтера, в делах и бумагах полный порядок. Не зря в своей студии она и преподаватель, и организатор, и администратор. Странички разбиты на столбцы. В одном название страны, в другом — фамилия ученика, в третьем — результат. Надо сказать, есть чем гордиться.

— Вот за последние два года мы где участвовали, я записываю, чтобы не забыть. Когда за рубеж посылаешь работы, результат порой ждешь целый год. Так что мы очень терпеливые люди! С другой стороны, ребенок уже немного подуспокоится, и, даже, если ничего не займет, уже не так расстроится.

Но такое у учеников Тумаковых редкость. Все-таки методика волшебная! Вот только часть чудес.

2016 год – всероссийская выставка в Екатеринбурге. Япония, тема «Сохраним землю». Болгария – свободная тема. Аргентина. Нам оттуда пришли дипломы. Хорошие, призовые. Есть и сертификаты.

2017 год — всероссийский «Малахитовые сны». Турция, Екатеринбург, Болгария. Пришло нам три диплома в страну, и два — в нашу студию. Родители от радости всю ночь не спали. В мае отправили, в январе получили только результат. Болгария нам сама приглашение выслала, они нас уже по прошлым конкурсам знают. Что-то сами ищем. Но без фанатизма, в пределах разумного. Япония проводила конкурс «Автомобиль моей мечты» — мы им отправили 17 рисунков. На первом этапе они подарочки всем детям выслали, они всегда любят детей награждать. Ждем результатов в марте. Работы не возвращают, поэтому мы их фотографируем. Мы детям объясняем, что мы же не умения отсылаем, а рисунки. Рыбу отдаем, удочка-то остается. А из дипломов дети собирают себе портфолио.

Дипломов об окончании обучения Тумаковы не выдают. Говорят, для этого надо получить лицензию. Тогда начнется то, от чего они ушли — бесконечные отчеты и бумажки. Баллов при поступлении диплом не добавит, а вот хорошие рисунки — запросто. Они говорят за художника.

— Здесь нам никто ничего не приказывает. Никто не спрашивает с нас мониторинги и отчеты. Раньше же это было каждый день. Придешь в школу, включишь компьютер и пять минут назад ты уже должен был сдать отчет. При Брежневе столько бумажек не было. Что-то не получается у ребенка — остались после уроков, доделали все, исправили оценочку и счастливые пошли домой. Сейчас все учителя пишут отчеты, им некогда учить детей.

А мы, получается, снова вернулись к детям. Страшно, конечно, было уходить. Мы же не такие смелые и рисковые, как предприниматели. Мы же не смельчаки, ка предприниматели. Но вышли на пенсию и решились. Как-то все само получилось. И учеников не искали. Наши ученики привели своих детей, и этот район мы закрыли!

На четверых у Тумаковых больше ста учеников. Счастливых учеников, которым не ставят оценки. Не учеба, а просто мечта! Еще и сказку расскажут и фильм интересный и познавательный покажут. Владимир Викторович, молчаливо и внимательно слушающий нашу беседу чуть поодаль, приносит цветной лист с наклейками. Вот они - «оценки»!

Мы даем детям наклеечки. Но только за законченную работу. Сами разработали на выбор. Они разные, но, что интересно, дети чаще всего выбирают: «У меня получится» и «Я могу». Все-таки творческие люди — натуры сомневающиеся, им нужна подпитка. Старшим предлагаем Ван Гога. Выбирайте тоже. Какие хотите.

Мы хотим много и разных. Тоже творческие личности!

Как говорит Вера Викторовна, детям они здесь дают эстетический груз. Увесистое выражение. Тот, кто захочет нести этот груз дальше, сделает рисование смыслом своей жизни. Как и Тумаковы. Таких детей здесь готовят к поступлению, без начального художественного образования путь в вуз закрыт. Взрослые тоже частенько просятся поучиться. Но быстро устают, смеется Вера Викторовна. Или некогда. Искусство не требует суеты. А вот признания и внимательного отношения — очень даже. У тех родителей, кто это понимает, дети достигают больше успехов. Как говорится, художника обидеть может каждый. А ты попробуй, поддержи.

Многие родители относятся к нашим советам с пониманием. Дети говорят, что им дома выделили целую стену под рисунки. Это ведь уже, как выставка. Чтобы увидели другие. И сменную экспозицию делают — рисунков-то много. Родители грамотные и понимают, что это важно. Чтобы ребенок был уверен в себе, потому что у художников обычно низкая самооценка. Все мечутся, мучаются. Стена из рисунков – тоже путь уверенности к себе!

Порисовать от души и для души Вере Викторовне приходится нечасто. Если выдается свободная минутка, выберет акварель.

Тут ничего не поправишь, как получилось, так и получилось. Растеклось, как настроение. Муж дорабатывает потом акварель пастелью. У него смешанная техника. А я еще и платье вяжу! Уже пятое. Дочкам, внучкам. Мне это тоже нравится. Мы и детям прикладное искусство преподаем. Декупаж, аппликация, батик. Игрушки, открытки, скульптурки делаем. Детям, конечно, это больше нравится. Это же сразу готовая вещь. А грамота же требует труда. Потом труд забывается, а работа остается на всю жизнь, если ее не уничтожишь.

 

Вера Викторовна снова было переключается на учеников, но мы настойчиво возвращаем ее к личной истории. Оказывается, художественной школы за плечами Веры Тумаковой нет. А вот способности были и есть, изначально. Хорошо, что их вовремя заметила учительница по ИЗО. Было это в Нижнем Тагиле, откуда родом художница.

Если искать истоки в генетике, то у меня дядя был театральным художником. И все. Художки у нас тогда в городе не было. Меня вычислила учительница, позвала как-то в гости и начала курировать. Ругала меня очень поначалу - и тут плохо и здесь, потом стало получше, а потом я поступила в Нижнетагильский пединститут. И учительница мне сказала пять человек за собой в искусство привести. Так вот, мы вместе с мужем привели 70, а потом перестали считать. Думаю, их очень много. У нас же и дочери уже к процессу давно подключились.

Тумаковы всю жизнь работают вместе. С тех пор, как познакомились на подготовительных курсах, не расставались.

Любовь с первого взгляда? Наверное. Во всяком случае, с моей стороны было именно так.

Как это было со стороны Владимира Тумакова, расскажем попозже. Другой, не менее интересный вопрос волнует. Как они не устают друга от друга?!

Это не сложно. Это хорошо! У каждого есть свои сильные стороны. У меня - методика. Я люблю выстраивать урок последовательно. Вести за собой детей. А муж очень творческий человек. Он больше сорока лет рисует, несмотря на то, что и директором школы был. Кто становится директором, по - моему перестает рисовать. Некогда. И мы ушли, чтобы продолжать дальше, чтобы быть учителями. Мы не устаем друг от друга. И потом – у нас же уроки в разное время. На переменке только и встречаемся. Не от чего уставать.


Вот так, думала написать про каждого отдельно, но никак не получается их разделить. Как краски перетекают одна в другую, так и их жизнь и творчество неразрывно связаны. Хотя стили рисования очень отличаются.

Он больше в масляной живописи работает. А мы, как девушки, в батике, графике, декоративном искусстве реализуемся. У него размах. Младшая дочка в него пошла. Она делает многометровые полотна. А Наталья больше, как ювелир. Маленькие, очень тщательно разработанные картины, хоть под микроскопом рассматривай. Внучка тоже у нас уже учится на факультете графического дизайна в Екатеринбурге.

— А как же «природа отдыхает на детях»?

— Художник Павел Федотов говорил: «Будет просто, когда попробуешь раз со сто». Если будешь трудиться, никто нигде отдыхать не будет! (смеется).

Ни он, ни она не ждут вдохновения. Просто берут и творят,и других вдохновляют.

— Пять лет нас в институте заряжали, и тот, заряд, что мы получили, дает нам вдохновение. Мы поняли, что лучше этого на свете нет ничего. Я встречаюсь со своими однокурсниками, никто не жалеет, что закончил худграф. Искусство без посредников проникает в душу и творит чудеса. Тебе нравится жизнь и работа. И дочки, которые у нас закончили специальные учебные заведения, не жалеют. Потому что это меняет жизнь, ставит ее другой гранью. Становится неважным мощное материальное благополучие, как важно душевное удовлетворение, любование красотой мира. И ты к этому немножко приобщен. И, когда видишь что у детей получается, и они вырастают с этим в душе и потом приводят своих детей , я считаю жизнь состоится в этом, когда продолжение есть когда дети лучше тебя многое делают.

— А у них был выбор?

— Нет (смеется). Старшая хотела модельером стать, я говорю: «Прежде закончи худграф, и у тебя все это будет». Младшая говорит: «Пойду на иняз». Я ей: «Закончи худграф, и у тебя все будет». Так все и вышло. Внук вот только рисовать не очень любит. Больше конструировать! Мы не заставляем, но мотивируем.

Студия Тумаковых — семейная. Преподают вчетвером и других педагогов брать не думают. Говорят, что друг друга они могут не только понять, но и всегда заменить, подменить, поддержать. Они на одной волне. Так было всегда.

Если бы супруг не был художником — было бы труднее. Я об этом иногда думаю. Все было бы не так. Мы живем в одной творческой атмосфере. Не нужно объяснять, что кому-то нужно время. Мы друг другу все время подсказываем. Когда работаешь над композицией и уже привыкаешь к этой работе, может быть, что-то упустишь. А свежим взглядом посмотрит другой человек и что-то подскажет. Конечно, все без обид. Это же бесплатный совет! Мы и детей к этому приучаем. Это не критика, это дорога вперед, совет от души, чтобы еще выше стать на ступеньку.

Видимо дочки так хорошо слушали советы, что в чем-то перепрыгнули своих талантливых родителей. Владимир Викторович буквально подрывается со стула и приносит работу старшей дочери. Акварель высшего пилотажа. Сам, говорит, так не сможет.

Я просто перед работой Натальи снимаю шляпу. Перед ее терпением. Она деталист. Это мне все хочется сделать быстро! Вот, смотрите! В нашем городе, думаю, это недостижимо ни для кого. Каждый шарик надо оставить белым, проще тыкнуть белой гуашью и все. Неет, она его объехала с разных сторон. Здесь нет ни одного кусочка, который выпадает из общей системы. Это высший пилотаж. Она мне давала уроки, я в принципе, попытался но у меня, кроме елочки, терпежу не хватает. Она это месяц наверное делала. Посмотрите, тут в двух квадратных сантиметрах целый замок уместился. А это наш кот, Барсик!

Ну и кого и о чем тут опять спрашивать? Пока хозяин студии уходит в кладовую, спросим у хозяйки, какое время года ей больше по душе.

— Я раньше думала, что лето люблю. А сейчас думаю, наверное, зиму. Так красиво кругом, все бело, и эта графика деревьев. А осень- то вообще праздник. А весной солнце светит и хочется жить!

— Я поняла, вам все по нраву! И даже, когда все вокруг серое...

— А серым не бывает мир. Вы знаете, что в России до 19 века пейзажи не писали, потому что считалось, что Россия серая? А в 19 веке, когда появились писатели, которые начали природу описывать в стихах и романах, художники тоже прореагировали. Раньше ездили за пейзажами в Италию. Бездонное небо, вечная зелень, синее море. А наша красота неяркая, но очень глубокая, так же, как русская душа. Чем больше узнаешь, тем больше удивляешься. Я и детям говорю — посмотрите, какая у нас страна уникальная. У нас четыре раза в год все меняется.

— Мы видим мир многоцветным в любое время года. Вот пример. Подходим мы летом к фонтану. Один ребенок кричит: «Мама, смотри, какие радужные брызги». Другой: «Смотри, бутылка грязная в воде». Это значит, одного научили видеть одно, другого — другое. Когда ребенок или взрослый видит красоту, он эту бутылку просто выбросит в урну, и пять красиво.

Не просто рисовать красиво, а красиво видеть мир — этому и учат Тумаковы.

— Это приобщение детей к изобразительному искусству. Потому что, это такой же мир, как мир литературы, математики. И в школе он недодан. Нет возможности столько времени этому уделять. И не все дети к этому стремятся. Все равно что-то должно быть немного свыше дано, чтобы ребенку нравилось. И этот мир, эта грань нашей жизни распахивает новые возможности— красоту, вдохновение, новое понимания мира. Дети становятся духовно богаче.

— Вы всю жизнь преподаете. А как же самореализация?

—Это вечный вопрос. У нас был однокурсник, который стал директором художественной школы. Он говорит: «Я до сих пор не понял, художник я или педагог». У нас это идет параллельно. У супруга в большей степени. А я и организатор, и администратор, методист. И персональные выставки у нас с мужем были. У нас и за рубежом работы есть. Одно время в Екатеринбурге были выставки-аукционы, у меня на них батики только так уходили. У супруг и дочек — картины. А так, конечно, упор на учеников. Хотя, сейчас дети выросли, больше личного времени стало. Учеников поменьше. Мы уже выбрали другой путь. Мечту, когда в классе не по 25 человек, а по 5-10.

Пока учеников нет (в будничный полдень здесь довольно тихо, все начнется ближе к вечеру), Вера Викторовна проводит нам экскурсию, словно по картинной галерее. О, это самый чуткий и трепетный экскурсовод. Ведь практически все картины на стенах — дело рук, кистей и красок Владимира Викторовича.

— Вот три работы в стиле авангард. Это немного другое, что привыкли ожидать поклонники его творчества. Детям я так рассказываю про эти картины: «Представьте, внутри наших Уральских гор скрыты такие невероятные сокровища. Как это показать? Гору что ли нарисовать, покрытую лесом? Нет. А вот, представим себе, что леса ушли, земли нет, и сокровища предстали перед нами во всей красе. Здесь и трубы и алмазы".

 

Вот эти в стиле примитива, наива — стиль начала 20-го века. Чистота чувств, чистота цвета — детская непосредственность. И яркие краски. «Мы на лодочке катались».

А это наша студия — корабль на волнах. Интерпретация такая. Значит, что у теплое помещение, мы с теплом относимся к детям и ведем их по волнам художественной жизни.

 

Вот, тоже супруг рисовал давным-давно. Это дом, в котором мы после института жили. Сейчас здесь совсем другие строения. Я эту работу люблю очень. Никак с ней не расстанусь.

Я ее летом рисовал, — подключается Владимир Викторович, а мы удивленно таращим глаза. — Она была яркая, красная. А потом я все это обобщил. Прием такой есть, сфумато называется. Сверху набрызгал краски и потер. А это сорока летит. У меня на картинах видите, все время что-то летает!

Конечно видим, вон там вдалеке еще ласточка сохнет. Картины с размахом, в прямом смысле. В них много воздуха. Владимир Викторович это любит. Так же, как и эксперименты в разных техниках. Говорит, наверное, все равно, вышел бы на этот путь. Хотя, ничего не предвещало жизни в красках.

Однажды, в первом классе, помню даже, как девочку звали. Так вот, Татьяна пригласила меня в гости, чтобы показать работы брата. А он, к тому же, оказался дома. Положил чистый лист бумаги, достал акварель, смочил лист и в несколько движений нарисовал белочку. Хвостик у нее тут же распушился. Акварель по сырому – технология такая. И всё! Это был такой знак, толчок, и я понял, что нужно. Потом уже видел работы серьезные, смотрел во все глаза. Хотелось так же.

 

Так, самоучка Владимир Тумаков и поступил на худграф.

После школы нулевой пришел поступать, и мой земляк на год старше в течение двух недель научил меня правильно держать карандаш. Мы нарисовали с ним голову. Я успешно сдал на четверку экзамен. Вот, этого товарища нарисовал (показывает за спину). У него над глазами темное место, а я его сделал просто черным. Мне потом рассказали, что преподаватели ржали. Я еще не понимал, что тени надо мягко посадить. А я так вижу, как говорят!

Так видит и так может. И эдак. Только и успевай подтягивать отвисшую челюсть. И грамоту уважает, и, вопреки ей, рисовать ему по нраву. Главное, чтобы долго в одной работе не засиживаться. А тут и не получится!

— Эта работа она минут тридцать длится (в который раз снимаем с коллегой воображаемые шляпы), пока бумага сырая. А медленнее нельзя. Бумага высохла — все, кранты. Или, значит, что просто-напросто надо залезть в ванную комнату, открыть воду, создать атмосферу высокой влажности, а еще под лист подтолкнуть либо стекло, либо на него еще положить мокрую тряпочку, и тогда эти тридцать минут можно растянуть до пятидесяти. Называется техника а-ля прима. За один раз по сырой бумаге. Это у меня от моего учителя — он говорил, что в акварели не должно быть стыков. Один цвет переходит в другой. Это моя тема, я ее здесь начал и развил уже в масле — вон на той стене. И практически эту же картинку я изобразил на заборе у мэрии.

Вот, нашла свое! — Вера Викторовна счастливая, как ребенок, показывает нам картину, где на краски она явно не скупилась.

Она у нас непревзойденный колорист, — восхищается супруг. — Когда я не мог подобрать цвет, будучи студентом, она была моей палочкой-выручалочкой. У женщин от природы это дано больше. Больше видеть цветов, тоньше чувствовать сочетание и гармонию.

А у мужчин чего больше?

— У мужика больше свободы! Это дает возможность пойти в гараж. За вдохновением. Его ждать нельзя. Надо просто взять в руки кисточку, а себя за шиворот. Ждать бесполезно, я пробовал. Когда начнешь, само идет. Я все время нахожу себе работу.

— А я все время пытаюсь научиться тому, чтобы сесть и рисовать. Не на кухню идти, а за мольберт!

— Ну, это художник в чистом понимании. Связать платье за 18 дней!!! Вы просто не видели это платье! — Владимир Викторович снова удаляется в волшебную комнату. Возвращается с полотном, где изображена пара в старинных нарядах. Это он их с женой нарисовал.

— Я — счастливая женщина. Ни у кого столько портретов нет, сколько у меня. Мне всю жизнь портреты дарят. Супруг у меня молчаливый. Но, думаю, можно принимать портреты за признание в любви.

— Владимир Викторович, а у вас тоже была любовь с первого взгляда?

—А то! — очень эмоционально произносит он.

Полтора часа пролетают незаметно. Уходить не хочется совсем. Уже в дверях останавливаемся, чтобы еще раз окинуть глазами волшебные работы.

— Это ангел Сфер летит над морями, над ветрами. Ольгина работа. А это — Наталья рисовала. Хоть лупу микроскоп бери и рассматривай — не придирешься. Смотрим, как рисуют в других городах, в других странах. Дочки не просто ездят на отдых, они учатся, проникают в культуры других народов, заглядывают в мастерские. Это наша жизнь.

— Счастливые вы! — вырывается невольно. В такой красоте живете и творите.

—Для нас ли это дело - смысл жизни. Человек рано или поздно начинает задумываться, правильно ли он живет, по своей ли дороге идет, что после себя оставит. Я думаю, как правильно мы выбрали дорогу. После нас остается много-много учеников, которых мы любим которым стараемся что –то дать. Они к нам приводят своих детей и даже внуков. Значит, что-то где- то состоялось, и спасибо им что они нас учат, и мы их понемножку!


 

Фото Анастасии Нургалиевой