1352
1
0

«Женя Григорьев, у нас все хорошо. Мы пьем алкогольные напитки»


Рецензия на нашумевшую премьеру «Про рок» — фильм не про рок


 

Я слишком долго думала, какая фраза из фильма «Про рок» (а их там реально много, и каждая — достойна) должна стать эпиграфом, поэтому затянула с рецензией. Эпиграф я так и не выбрала. Извините.


 

Премьера документального фильма «Про рок» состоялась 7 октября в кинотеатре «Салют». К началу сеанса самый большой зал на 468 мест был полон (что греха таить, я и сама кое-как достала билет на премьеру в последний момент). Еще не посмотрев фильм, собравшиеся уже аплодировали уральскому режиссеру Евгению Григорьеву.

По финансовым причинам съёмки документального фильма продолжались пять лет. Бюджет превысил восемь миллионов рублей, финансирование велось из личных средств режиссёра, а также при поддержке Министерства культуры и акционеров краудфандинговой кампании.

В 2011 году документалист Евгений Григорьев и оператор Артем Анисимов (которые, кстати, не раз появятся в кадре и будут играть одни из главных ролей) едут из Москвы в Екатеринбург на кастинг будущих героев своего фильма про новый уральский рок. Отбирают кандидатов ветераны: дедушка уральского рока Александр Пантыкин из «Урфина Джюса», фронтмен «Смысловых галлюцинаций» Сергей Бобунец, Михаил Симаков из «Апрельского марша» и Владимир Шахрин.  В итоге три из 80 групп — «Сам себе Джо», Cosmic Latte и «Городок чекистов» — получают по камере и отправляются снимать себя день за днем. 

Я всегда мечтала побывать в такой тусовке: гараж, гитары, барабаны, молодые ребята, клубы сигаретного дыма, дух молодости и свободы. Воплотить мечту удалось в кинотеатре. Вместе с лидерами трех молодых групп, которые на протяжении нескольких лет снимали все, что с ними происходит, зритель будет мучаться над созданием альбомов, отжигать на концерте, участвовать в музыкальных фестивалях и проситься на радио. Каждый из них любит музыку, хочет пробиться, но у каждого — свой путь.

Солист группы «Сам себе Джо» очень занят личной жизнью, ему важно, чтобы близкие понимали и принимали его самого, его творчество. За пять лет парень женится, разводится, находит новую подругу. Так и в музыке — играет в рок-группе, начинает инструментальный проект, потом снова хочет вернуться к стихотворному жанру, собирает новую группу. Находится в постоянном поиске.

Группе Cosmic Latte повезло больше всех — ведут опытные наставники: им помогает продюсер Олег Гененфельд, продвигает фронтмен «Смысловых галлюцинаций» Сергей Бобунец. Но ребята сомневаются, хотят ли они вообще заниматься музыкой.

Я больше всех симпатизировала группе «Городок чекистов» — ребята вообще ни о чем не переживали, просто наслаждались своей молодостью, музыкой, свободой. У них — вечный алкотрип и интеллектуальные беседы. «Женя Григорьев, у нас все хорошо. Мы пьем алкогольные напитки». «Женя Григорьев, у нас все плохо. Мы пьем алкогольные напитки».

Но если в начале у ребят все весело и круто — тусовки, репетиции, алкоголь, любовь и нескончаемое вдохновение, — зал хлопает, хохочет, то под конец уже плакать хотелось: личные переживания, творческие терзания, распады и восстановления групп. Музыканты стоят на распутье, угасает желание играть, идти дальше.

Фильм будет интересно посмотреть тем, кто любит уральский рок, тем, кто в теме его героев, кто соскучился по Бобунцу и Шахрину. В фильме прекрасная музыка: «Смысловые», «Чайф», «Наутилус», «Сансара». Ради музыки — уже можно сходить.

Но фильм не про рок.

Фильм про честные мечты и стремления, борьбу с самим собой, про выбор и поиск своего пути. На самом деле, герои фильма могли быть и не музыкантами. На их место можно поставить кого угодно: художника, журналиста, юриста. И будут такие же поиски, такой же путь с развилками. Фильм про нашу с вами жизнь: с бытовухой, семейными неурядицами, ненавистной учебой и работой, деньгами. Кто-то просто может смириться и каждый день будет похож на неприятный День сурка: еда, работа, сериал и на повтор. Перед каждым свой путь, и какой мы выберем — зависит лишь от нас.

«Если бы люди знали, куда идут, они шли бы побыстрее», — говорит «дедушка уральского рока» Александр Пантыкин. Я, кажется, определилась с эпиграфом, но он уже стал эпилогом.