523
1
0

Чудеса кулака и недельного запоя


Кардиолог Вадим Кучумов — о том, что почему не стоит надевать узкий фрак и чужую корону


Вадим Кучумов, заведующий кардиологическим отделением городской больницы Первоуральска

Многим знакома ситуация: сдал летом на права, проездил пару-тройку теплых месяцев и как-то исподволь в голове селится мысль — ты водитель от бога. Пока первые заносы и развороты на гололеде резко не остудят пыл и горячие головы.

Во врачебном деле практически также: заканчиваешь институт с дипломом, полным пятерок, и кажется, что сейчас всех спасешь и вылечишь, ведь именно тебя ждала наша отечественная медицина, чтобы подняться с колен!  Но наступает правда жизни. Внезапно выясняется, что все «инфаркты», которые ты напринимал на первом дежурстве в реанимацию, оказались язвами и остеохондрозами. А первое публичное выступление выливается в попытку выдавить из себя слова, потому что спазм голосовых связок, наступивший от волнения, превращает процесс речи в ужасную муку.

У любого, даже самого-самого успешного врача, кроме списка блистательных побед, всегда есть в загашнике список историй, когда он … «облажался». И помним мы эти провальные истории гораздо лучше, чем успехи, но именно эти истории впоследствии спасли жизнь и здоровье пациентам.

Поэтому, когда одна экстравагантная красавица, просьбам которой я не могу отказать, спросила меня про провалы в моей карьере, то долго морщить лоб и чесать затылок не пришлось — потому что я помню их все!


 

Кулак Нины Ивановны

Заходит однажды вечером на дежурстве в ординаторскую опытная медсестра Нина Ивановна и говорит, что ей не нравится пациент после инфаркта в 312 палате и его надо обязательно перевести обратно в реанимацию для наблюдения. Медсестер обычно называют по имени, но есть единицы с такой харизмой и авторитетом, что только по имени-отчеству: не Нина и не Ниночка, а именно — Нина Ивановна.  Вот и докладывает Нина Ивановна, что 55-летний пациент по имени Михаил уже дважды на короткое время терял сознание, впадая в клиническую смерть,  а она — дежурная медсестра — дважды возвращала его к жизни, стукнув кулаком по грудине.

Но я-то хоть и молодой, но врач!  Как это медсестра может мне советовать?! Корона на голове еще, конечно, не жмет, но уже появилась! Говорю:

— Пойдем, Нина Ивановна! Посмотрим вместе, что там тебе к ночи померещилось!

Заходим. Лежит мужик на койке, ни на что не жалуется. То, что якобы терял сознание — не помнит.

Давление 120 на 80. Сняли ЭКГ – все хорошо.   Да и как это такое возможно — вернуть пациента к жизни не разрядом дефибриллятора, а ударом кулака?!  Небылица!
Посмотрел я на Нину Ивановну и говорю, что у пациента все нормально, повода для беспокойства нет, зря ты, Нина Ивановна, суетишься, переработала наверное, вот глаз и замылился, отдохни, чаю попей.

— В реанимацию мы его брать не будем — слишком здоров для интенсивной терапии.

 Но все же добавил:

— Присмотри за ним. Глаз не спускай!

Не прийти на утреннюю линейку в кардиологию невозможно. Это все равно, что Гагарину не явиться к запуску космического корабля!  Нина Ивановна на утренней линейке отсутствовала.

Вторая медсестра поведала, что Нина Ивановна не может отойти от пациента из 312 палаты, за которым я ей поручил не спускать глаз!

Выяснилось, что она поставила стул рядом с кроватью Михаила, и в прямом смысле не спускала с него глаз всю ночь. За эту самую ночь он порядка 10 раз начинал хрипеть и закатывать глаза, пытаясь покинуть этот мир. Нина Ивановна уверенно стучала его кулаком по грудине и возвращала к жизни (я потом понял, что кулак у некоторых медработников не хуже дефибриллятора работает, и зря я это обстоятельство раньше недооценивал).

А когда линейка закончилась, завыла сигнализация, и мы дружно побежали спасать Михаила из 312 палаты, потому что даже кулак Нины Ивановны к утру исчерпал свою магическую силу.

Все в итоге закончилось хорошо, а исследования показали, что у пациента возникают приступы

желудочковой тахикардии. Это такое нарушение ритма, когда в течение 5 минут без лечения человек умирает. И всю ночь не капельницы, таблетки и дефибриллятор, а именно кулак Нины Ивановны отгонял старуху с косой, которая пришла за Михаилом в ту ночь.


 

Про вред и пользу пьянства

Заступая на дежурство, мы всегда спрашиваем медсестер приемного покоя, а кто сегодня на бригаде интенсивной терапии на «Скорой»?  Есть бригады, которым доверяешь как себе — если привезли, то обязательно бери, эти просто так не возят!  А есть такие, которым главное довезти клиента  в приемное отделение, как говорится, не заморачиваясь, с любым притянутом за уши диагнозом: если где-то болит — значит, инфаркт, а если больше задыхается — пневмония.  Однажды на дежурстве бригада «Скорой» второго ненавистного нам типа, видимо, решила поставить рекорд по количеству доставленных в приемник пациентов. И, когда счет неподтвержденных инфарктов пошел на второй десяток,  в качестве вишенки на торт «великолепная бригада» привезла мужика из Новой Утки после недельного запоя, который  вместе с недельным запоем  потерял способность изъяснятся с помощью  слов — только мычал и показывал на область груди.

Недельный запой он никого не красит. Мало того, что новоуткинец  плохо выглядел, он еще плохо говорил. Добиться от больного связного рассказа о его самочувствии не удалось. Начали обследование: сняли ЭКГ — в норме, на всякий случай взяли анализы крови, по которым можно заподозрить  инфаркт, — тоже  все в норме. Зато другие анализы показывали, что с печенью и поджелудкой у  мужика полный швах!

Ну и отправили мужика с чистой совестью в терапию на Динас по месту жительства лечить алкогольную интоксикацию, а заодно печень с поджелудочной.

Мужик проспал всю ночь, а утром доктора сняли ЭКГ, диагностировали крупноочаговый инфаркт  и очень оперативно вернули пациента к нам в отделение.

Чего я в тот вечер не учел, так то, что любой пациент может болеть более, чем одним заболеванием. Вот и мужик вначале страдал от алкогольной интоксикации, а инфарктом заболел за пару часов до приезда к нам, когда ни ЭКГ, ни анализы еще ничего плохого не могли показать.

Но нет худа без добра: глубокий этаноловый наркоз все же помог мужичку пережить сильную боль и не свалиться в кардиогенный шок, так что в итоге все закончилось благополучной выпиской пациента.

Конечно, это не все промахи, а просто пример того, как неудачи делают нас сильнее и мудрее. Ведь выживает не самый сильный и даже не самый умный, а тот, кто умеет меняться.