679
11
0

Черная взвесь вокруг плавает, как в фильмах ужасов!


Находки тысячелетней давности привез из Крыма подводный археолог Радион Гимашев


Первая встреча с подводным археологом Радионом Гимашевым состоялась у нас в конце июня, практически накануне его большого путешествия в воды Керченского пролива. Радион отправлялся в подводную экспедицию раскапывать старинный город Акру, ушедший под воду 1600 лет назад. Вернулся посвежевшим, загорелым, с багажом впечатлений и увесистой сумкой черепков да камушков. Не поленился и все добро, поднятое со дна морского, принес к нам в редакцию. Не забыл и обмундирование с символикой Русского Географического Общества, представители которого и отобрали его в экспедицию из сотен претендентов. В числе 20-ти археологов Радион в течение месяца погружался под воду, чтобы найти останки древней цивилизации. Пылесосил и орудовал кисточкой в мутных водах, ловил прозрак (уровень прозрачности воды — ред). «Накупался» от души!

Радион Гимашев

— Я хотел там похудеть. Не получилось. Кормили на убой!

Ели от души, работали на совесть. В восемь утра заступали на вахту. Потом два-три часа погружения. При условии, что позволяет погода. Погода позволяла, штормами не баловала. Хотя, смеется Радион, непогода была даже на руку. Тогда давали выходной.

— У нас было дежурство. По очереди начинали работу в шесть утра. Тогда прозрачность самая хорошая. На сленге дайверов — «прозрак». После 10-ти утра уже ветер поднимался. 

Копали, чистили и пылесосили наощупь. Видимость на глубине двух метров практически нулевая. Работали в паре.

— Напарника тоже наощупь ищешь. Бывает, постучишь ему по голове (смеется) и показываешь пальцем вверх, мол, пойдем, отдохнем. Покачаемся на волнах минуты две-три — и обратно.

Обратно в царство песка, ила, глины и эпической черной взвеси.

— Я тут фильм недавно смотрел. Там эту взвесь показывают как что-то ужасное. А у нас эта взвесь была повсюду. То ли древний пожар был, и это остатки золы плавают. И как-то жутковато становится!

Жутковато и интересно. Под 30-сантиметровым слоем песка метровый пласт глины. Разломишь кусок, а внутри сухо! Больше двух тысячелетий глина держит оборону, охраняя артефакты от разрушения и людского глаза. И только отчаянным  людям-амфибиям открываются тайны.

— Работали мы так: rто-то под водой пылесосит песок и культурный слой (глину), кто-то на берегу из трубы эти куски достает и промывает. Потом менялись. Песок-то копать — это одно, это легко, он хорошо заходит в пылесос. А в глину, когда втыкаешь лопаточку, тебя по законам физики обратно отталкивает. Поэтому садишься верхом на пылесос и закидываешь! Под водой всю глину не перелопатить. А она богата на находки. В ней много спрятано. Конечно, крупные куски амфоры и дерева ты находишь под водой.

Под водой приходилось проводить и час, и два, и три. В зависимости от сложности работ. Если камни перетаскиваешь и дышишь интенсивно, то кислорода хватает часа на полтора. Если кисточкой орудуешь или загоняешь песок в инжектор, то и три часа «поплавать» можно. Радион «наплавался» от души!

— Те, кто сильно любит море, купались и после погружений. Мне и погружений хватало!

Хватало и интересных находок. На свет извлекались предметы быта, посуда, остатки деревянной мебели. Причем, в таком состоянии, словно лежали в абсолютно сухом месте.

— Город постепенно уходил под воду, поэтому некорректно называть его Крымской Атлантидой, которая затонула в одночасье. Жители все самое ценное успели спасти. Но интересные вещицы попадаются. Много с клеймами мастеров. Если вещица маленькая, есть шанс, что сохранилась в целости. Попадалась чернолаковая чашечка, соусница.

Осколки чернолаковой утвари Радион привез на Урал. Говорит, до сих пор секрет покрытия не разгадан. На ощупь черепки больше напоминают высохшее дерево, никак не керамику. Пахнут илом.

— Греки не оставили после себя секрета изготовления такой посуды. Откапываешь посуду, а она блестит, как будто ее вчера обожгли и поставили на стол. Никто повторить не может. Сейчас совсем не то. Просто обычный рисунок, покрытый лаком. А здесь за 2400 лет ( именно столько насчитывают находки,поднятые из культурного археологического слоя)никаких изъянов, хоть сейчас наливай и кушай.Вот донышко соусницы. Римляне и греки любили рыбный соус, как современный тайцы.

В свежей коллекции Радиона пара предметов, напоминающих зубы, несколько ракушек и орешек – фундук, так и не съеденный за два тысячелетия никем.

— Может, и белка рядом была? – шутит коллега.

Белки не было. Были балки. Деревянные. В основании огромного каменного оборонительного сооружения — сигнальной башни.

—Очистили башню, до дна добрались, сделали срез. Почему именно дерево и на нем каменное сооружение, непонятно. При раскопе мы случайно нашли часть дома. За год песок весь снялся, все камни ушли в море, и обнажилась кладка. Кто свободный, туда ставили на расчистку.

Там же, под водой, на планшете делали эскизы, фотографировали находки и производили съемку.

—Одной из основных целей экспедиции было сделать 3D-модель города, башни и стены. В этом году впервые использовались такие технологии. Это и подводная съемка, и съемка квадрокоптером. В конце экспедиции ребята нам показывали результат — вообще обалдеть!

Радион достает второй мешок с «уловом». Килограммов на пять потяжелее будет. Говорит, привез друзьям подарки — остатки древних амфор. Те, что уже не складываются в цельный пазл, на которых нет клейма мастера. Правда, есть кое-что не менее интересное.

— Вот, видите, отпечаток пальца гончара остался! Я хочу своим друзьям еще мастер-класс по очистке черепков провести. Тут есть свои тонкости. Хотите, вам подарю!

Спрашивает! Увесистый кусок древности временно отправляется на полку редакции. Задумка по его применению появляется мгновенно. Почистим сами, чего уж!

 

Радион идет ва-банк. Предлагает примерить форму РГО. Каждому участнику экспедиции ее сшили по индивидуальным меркам. Мне слегка великовато. Но, как пока еще не состоявшемуся археологу, нравится. На удачу!

А Радиону во всей этой истории больше нравятся не красивые черепки и осколки. Самое ценное, что он привез из экспедиции — это опыт, который пригодится ему в организации собственных экспедиций, и знакомства с уникальными людьми.

— Валерий из Казани, он в Антарктиде погружался на 100 метрах, и во все 13 морей, которые вокруг России, погрузиться успел. Парню всего 21 год. Леша, сосед по комнате — начальник крупного айтишного отдела в Москве, автостопщик, всю Юго-Восточную Азию проехал. Аня из Петербурга — преподаватель географии, шкипер и горный инструктор. Ирина из Архангельска — инструктор «Бродяги Дхармы». Анна из Вологды,она много лет занимается подводным спортом,зимним подлёдным дайвингом и ещё преподает историю в колледже. Была женщина из Питера, из Восточного института — преподаватель шумерского, клинопись знает и 13 языков. Она мне сделала на шумерском надпись — мое имя и имя моего покровителя. Может, сделаю себе татуировку. Думаю — где.

 

 

 

За неделю соскучиться по своим новым друзьям Радион еще не успел. Говорит, коллеги по приезду сразу же «приземлили» работой.

—Загрузили по полной. Строим в Москве павильон для телеканала «Россия». Сейчас еще дособирываем волновой генератор. Сделаем и в Севастополь повезем. Так что Крым я в этом году еще увижу и очень скоро.

Пока Радион погружался в морские воды, вышла его статья о вполне себе сухопутных крымских экспедициях. Интересно, почитайте здесь. 

 

 

В Крыму завершилась Комплексная археолого-географическая экспедиция "Акра – античный город Боспора". В течение месяца волонтёры Русского географического общества совместно со специалистами Института истории материальной культуры Российской Академии Наук (ИИМК РАН), Государственного Эрмитажа и Черноморского центра подводных исследований Крыма изучали античный город Акра, скрытый под водами Чёрного моря.

Античный город Акра расположен неподалёку от посёлка Набережное (Ленинский район, Республика Крым). Небольшой портовый город был основан выходцами из Нимфея или Пантикапея в конце VI века до н.э. Он входил в состав Боспорского царств. В IV веке н.э. большая часть города, не считая небольшого западного участка, скрылась под водами Чёрного моря вследствие опускания берега.

 


 Фото Натальи Кузнецовой и из личного архива Радиона Гимашева